Зимний излом. Том 1. Из глубин

Они хотят драться в линии? Очень хорошо! Мы не станем марать руки о наемных убийц, лезущих в оставшийся без мужчин дом. Берто! Передай Берлинге: «Два румба вправо». Всем: «По сигналу – сомкнуть колонну»[58].

Берто умчался, Луиджи проводил глазами скользящие к облакам флаги и подавил вздох. Если б не сапоги, мундир и боязнь показаться пьяной каракатицей, фельпец влез бы к наблюдателям и видел хотя б сигналы Берлинги.

– Они развернулись, – выпалил запыхавшийся Берто, – линию выравнивают.

Об исполнении приказа теньент доложить не озаботился.

Адмирал Кимароза впал бы от подобного разгильдяйства в неистовство, но старый мешок, как и многое другое, остался в прежней жизни, разлетевшейся серым, осенним пеплом, а что осталось? Дорога в никуда из ниоткуда да засевшая в сердце потеря?

Ледяной фонтан с поразительной точностью угодил меж волосами и воротом рубашки, заставив Луиджи вздрогнуть и затрясти головой. Холодная струйка непоэтично побежала вдоль позвоночника, вытесняя высокие думы мечтами о полотенце.

– Вот ведь зараза, – с чувством произнес фельпец. Ничуть не устыдившийся ветер в ответ ударил по вантам, как по струнам, лихо плеснул в корму, царапнул ни в чем не повинный залив и помчался к берегу, волоча растрепанные облака.

– От Берлинги, – проорали с марсов. – «Бой стихает».

– Кто-то выходит из боя, – пробормотал Аларкон, ослабляя алый шейный платок. – То ли Вальдес слабеет, то ли «гуси» потеряли к мерзавцу интерес.

– Зато Ротгер интереса не потеряет, – заговорщицки прошипел Берто, – у них любовь до гроба.

– Хорошо бы, – тоже шепотом откликнулся Луиджи, – его корабли лишними уж точно не будут.

Альмейда сощурился, разглядывая пластавшиеся в серебряной выси флаги. Глухо рокотало море, влажно блестела готовая к бою палуба, ждали своего часа люди и пушки. Альмейда повернулся к Филиппу.

– Всей эскадре, – голос адмирала был злым и веселым, – сократить интервалы вдвое!

3«Ноордкроне» успела добраться лишь до середины колонны, дальше рисковать было глупо, это понимал даже Зепп. Фрошеры приближались слишком быстро, а ветер вовсе ошалел. Дувший с юго-юго-востока, он то и дело принимался скакать угорелой кошкой.

Пока с этими бесчинствами удавалось справляться, но ведь бой еще не начался.

– Хватит, – с явной досадой велел адмирал, – становимся в строй. «Святому Эберхарду», «Отважному воину» освободить место флагману.

На линеалах подняли ответные сигналы, забил сигнальный колокол, матросы бросились к вантам.

– Ну вот, – почти с удовольствием произнес фок Шнееталь, – нам сейчас только кэцхен не хватало."

"– Мы знали, куда шли, – в голосе Кальдмеера послышалась сталь.