Злая принцесса

 – Я не могла сдержать улыбку. – Мы идем на ужин после его смены, чтобы отпраздновать.

Я бы соврала, если бы сказала, будто меня не будоражила мысль о том, чтобы впервые сходить куда-то вместе. А еще я очень хотела рассказать Стоуну, что меня приняли на факультет психологии в Дьюк. Может, я и моя предыдущая версия отличались, но психология была нашей общей любовью.

Какую бы занудную реплику ни хотел выдать Коул, он передумал, и я это оценила.

Стоун и мои братья, конечно, не слишком ладили, и я сомневалась, что они когда-нибудь станут близки, но теперь Стоуну по крайней мере можно было заходить в дом, и они перестали угрожать ему, едва он переступал порог.

– Что ж, можем подождать их вместе. – Коул кивнул на пассажирское сиденье. – Забирайся.

Запах, который можно было описать не иначе, как божественный, ударил мне в ноздри, как только я уселась в машину.

– Боже, так вкусно пахнет.

– Да, я знаю, – тоскливо согласился Коул. – Дерьмово, что мне нельзя и кусочка. – Его тоска усилилась. – Мистер Гонсалес не дает Сойер принести мне даже одну ножку.

Я знала это чувство. Стоуну тоже не разрешали ничего забирать домой, что было очень неприятно, поскольку я безумно хотела узнать, настолько ли хороша эта еда, как ее запах.

– Можешь не рассказывать. – Я заглянула ему в глаза. – И я абсолютно серьезно, потому что вообще не помню, чтобы когда-либо здесь ела.

Хмыкнув, Коул откинул голову.

– Вот черт. Это лучшая жареная курица, которую я ел в своей жизни. Сочная и хрустящая… с потрясающей корочкой.

Живот начал урчать. Гадство.

– Просто охренительно. – Слегка покачав головой, брат рассмеялся. – Джейс, Оукли и я приходили сюда, после того как курили…

– Оукли? – спросила я, ведь совершенно не помнила, слышала ли это имя раньше.

Улыбка исчезла с его лица.

– Ага. – Смесь тоски и горя вспыхнула в глазах Коула. – Ага… был.

Я собиралась спросить, что произошло, но Коул выглянул в окно и засиял.

– А вот и моя девочка.

Счастливая, но очевидно изможденная, Сойер подошла к водительскому сиденью и поцеловала его через окно.

– Твоя очень уставшая девочка. – Она зевнула. – Работа двойными сменами меня просто убивает. – Сойер посмотрела на меня.

Я внутренне задрожала, представив напряженного, с закатанными рукавами и инструментом в руке Стоуна, занимающегося ремонтом. Было нечто очень сексуальное в мужчинах, которые знали, как чинить вещи.

– Как твой день? – спросила Сойер моего брата.

Коул начал рассказывать, но Сойер снова зевнула. Распахнув глаза от сожаления, она шлепнула себя рукой по губам.

– Господи, это было грубо. Прости.

Коул совсем не выглядел обиженным.