Злые сёстры. История трёх ведьм

При мысли о сёстрах Готель, застрявших на переходе между мирами – этим и следующим, – по её телу пробежал озноб.

– Поначалу нам было трудно, но только до тех пор, пока мы не научились слышать, – вступила в разговор молчавшая до того времени Хейзел. Голос у неё был просто божественным. – Мне лишь хочется, чтобы Готель тоже была с нами. Хочется, чтобы у неё была такая же возможность слышать и узнавать. И было время отдохнуть и восстановиться, после того что с нами сделала наша мать. Мне хочется, чтобы у Готель было столько же времени, сколько у нас, чтобы позволить крови Мани придать ей силы, которые она придала нам. А затем она будет здесь, и мы будем тремя неразлучными ведьмами, как нам всегда хотелось.

У Цирцеи сердце болело за них, всех троих. За сестёр, которым никогда не суждено быть вместе. Она не знала, что на это сказать, и потому перевела разговор на другую тему.

– Вам будет приятно узнать, что ваша прелестная утренняя гостиная выглядит точно так же, как в тот день, когда вы последний раз видели её.

Оглядевшись вокруг, Примроуз и Хейзел ответили:

– Похоже, здесь всё выглядит как прежде, спасибо тебе за это.

– Тогда, быть может, пройдём в дом? Я буду рада познакомить вас со своей кузиной Белоснежкой. Она сейчас в вашей библиотеке, ищет пропавшие страницы истории, которая очень заинтересовала её.

– Пропавшие страницы? – прищурилась Примроуз. – А что, они настолько важны?

– Ну, Снежка думает, что да. С тех пор, как мы прочитали историю вашей сестры, она просто помешалась на Мёртвом лесе и читает о нём всё подряд.

– Ну, если страницы были вырваны из сборника волшебных сказок, то я не думаю, что она найдёт их в нашей библиотеке. Всё важное, что было в библиотеке, забрал и спрятал Якоб. Он пытался защитить Готель, уберечь её от любых историй и книг, которые могли причинить ей боль или внушить глупую мысль о том, что нас можно воскресить без помощи цветка.

Цирцее следовало помнить о том, что, вероятно, этим ведьмам известно гораздо больше, чем ей самой. Не зря же они столько времени провели в Промежуточном месте. Не следует забывать и о том, что каждой из них уже не одна сотня лет.

– Да, хотя мы чувствуем себя вашими сверстницами. И тела наши, я полагаю, столь же молоды, – с улыбкой сказала Примроуз, прочитавшая мысли Цирцеи. – Так мы пойдём искать книги и страницы, которые Якоб так мудро спрятал от моей доведённой до безумия сестры?

Цирцея вновь не знала, что ей сказать. Не то чтобы её удивило мнение Примроуз о её сестре, просто она не ожидала, что оно, это мнение, будет высказано вот так напрямую, что называется, в лоб.

– Мы любим нашу сестру, Цирцея. Любим, но при этом видим всё как есть. Мы знаем её лучше, чем она сама.