Змей и голубка

Где мне всегда было суждено оказаться. С самого рождения. С самого зачатия. Я с радостью была готова умереть, если это спасет Рида.

Тяжело дыша, он смотрел в пол, когда я подошла. Не кинулся бежать, когда ведьма его отпустила, не попытался остановить ее, когда она вонзила иглу шприца мне в горло.

Игла пронзила мою кожу, но я ощутила укол так, словно находилась в чужом теле – боль куда-то исчезла, когда густая холодная жидкость стала застывать в моих венах. Ледяные пальцы мерно поползли по моей спине, парализуя тело – но куда страшнее был лед в глазах Рида, когда он наконец посмотрел на меня.

Этот-то лед и пронзил мое сердце.

Я упала вперед, не сводя взгляда с лица Рида. «Прошу, – взмолилась я безмолвно. – Пойми».

Но в глазах его понимания я не нашла. Он смотрел, как я падаю на пол, как дрожат, сводимые судорогами, мои ноги и руки.

В его глазах читалось лишь потрясение, гнев и… отвращение. Исчез человек, который стоял передо мной на коленях и нежно утирал мои слезы. Исчез человек, который сжимал меня в объятиях на крыше, который смеялся над моими шутками, защищал мою честь и целовал меня под звездами.

Исчез человек, который говорил, что любит меня.

Остался только шассер.

И он меня ненавидел.

По моему окровавленному лицу потекли слезы, свидетельствующие о том, что мое сердце раскололось надвое. И все же Рид не сдвинулся с места."

"Ведьма подняла меня за подбородок, впиваясь мне в кожу ногтями. Чернота уже сгущалась вокруг, и я едва оставалась в сознании. Дурман вихрился в моем разуме, заманивая в небытие. Ведьма наклонилась и шепнула мне на ухо:

– Ты думала, что он тебя защитит, но он своими руками привязал бы тебя к костровому столбу.

С неимоверным усилием я подняла голову. Ведьма удивленно ослабила хватку.

Я посмотрела Риду прямо в глаза.

– Я люблю тебя.

После этого я потеряла сознание.

Забвение

ЛуПридя в себя, я смутно ощутила, как подо мной качается пол – и как меня крепко держат за пояс длинные худые руки. Затем почувствовала пульсирующую боль в горле. Я схватилась за шею и почувствовала свежую кровь.

– Лу, – встревоженно проговорил знакомый голос. – Ты меня слышишь?

Ансель.

– Очнись, Лу. – Пол продолжал сотрясаться. Где-то рядом что-то рухнуло, а следом послышался громоподобный грохот. Затем – женский хохот. – Очнись, пожалуйста!

Мои глаза распахнулись.

Я лежала на полу за кроватью, моя голова покоилась у Анселя на коленях, а рядом валялся использованный шприц.

– Это противоядие, – прошептал Ансель лихорадочно. – Для полной дозы его не хватило. Он проигрывает, Лу. Ведьма… выбила дверь. Его балисарда вылетела в коридор. Помоги ему, пожалуйста!

Он проигрывает.

Рид.