Змиулана: красавица или чудовище?

— А это, — указал он на остовы четырех изваяний из мрамора, стоящих по разным сторонам, — Отец-свет-небо, Мать-сыра-земля, а вот двух других богов идентифицировать нам так и не удалось, слишком мало осталось от их первоначального вида.

Дмитрий без особого энтузиазма осмотрел мраморные статуи, над двумя из которых немало потрудились вандалы, и, больше чтобы порадовать Миролюба, добавил:

— Кажется, на Мать у вандалов не поднялась рука. — Он окинул взглядом стройную фигуру высокой женщины с распущенными по плечам волосами.

— И в этом есть свой тайный смысл, — улыбнулся Миролюб, польщенный, что их гость понемногу начал оттаивать.

Стены храма, не обожженные пламенем, сохранили на себе не только печать древности, но и изображения людей, птиц и животных. Эти украшения были выполнены столь искусно, что казалось, будто они живут и дышат, даже их краски не утеряли былой сочности и не стерлись со временем. Также на стенах, рядом с изображениями, четко выделялись резные символы.

— Что это за знаки? — поинтересовался Селиванов.

— Черты и резы, обозначающие имена изображенных символов, — пояснил Миролюб. — К сожалению, письменность наших предков также утеряна и стоит немалого труда разобрать, что здесь написано.

Но мы вплотную работаем над этим.

— Ты говоришь обо всем так, словно много понимаешь в древностях? Или это твое хобби?

— Между прочим, я окончил Институт Археологии РАН, причем с красным дипломом, — поведал Миролюб.

— Неплохо… — протянул Селиванов. — И что в таком случае подвигло тебя остаться в данном поселении?

— Я оканчивал институт именно для того, чтобы посвятить себя изучению истории славян, в том числе их верований. К тому же, тебе следует узнать, что наша община была создана группой археологов, обнаружившей здешний храм.

 Сейчас подрастает уже третье поколение местного населения. Мой отец, Ярослав,  был не только жрецом Велеса и одним из основателей общины, но и руководителем той самой группы археологов.

— Ничего не понимаю, — удивился Дмитрий, — что в этом месте такого особенного, если целая экспедиция решила остаться жить на месте раскопок?

— Ты неправильно смотришь, раз не видишь, — заметил Миролюб. — Но, возможно, что и тебе когда-нибудь откроется ВСЯ правда.

Дмитрий еще раз осмотрел помещение, но только удостоверился в том, что все местные не совсем адекватны.

Он же не заметил ничего, что могло бы заставить его побывать в этом месте еще раз.

— Думаю, с меня достаточно древностей, — произнес Дмитрий. — Пойдем лучше домой, твоя мама обещала угостить меня чем-то вкусненьким.

— Еще бы, — довольно заметил Миролюб. — Завтра ведь духов день, один из самых больших праздников! Сегодня изо всех печных труб будет идти такой умопомрачительный аромат, что можно просто захлебнуться слюной.