Золотая дева

А когда на дорожку пустили (купальник Ленка у какой-то девочки выпросила, у той запасной оказался), она сразу вперед вырвалась. Хоть и по-собачьи плавала (правильно-то кто научит?), зато быстро. Потому что в море купалась безо всякого надзора с девяти лет и заканчивала сезон только в конце октября, когда шторма начинались.

Вот и взяли ее. И даже очень быстро в перспективные записали. За технику, правда, всегда ругали, зато Ленке, в отличие от остальных, домашних девчонок, спортивной злости было не занимать. Тренер даже специально ее перед соревнованиями накручивал. Улыбнется презрительно, скажет: «Да ты последней придешь, слабачка!» – и у нее в кровь сразу гнев выделялся. А по-научному – адреналин.

Чтобы совсем в большой спорт и в сборную страны попасть, об этом речи, конечно, не шло – слишком поздно она начала тренироваться. Но за город, а потом и за край – выступала. И даже за границу несколько раз ездила, в Болгарию и в Чехословакию. Жизни чужеземной особо не повидала – только и возили, что из гостиницы в бассейн да обратно. Но даже из окна автобуса было видно: жизнь заграничная еще и поярче, чем у них в Сочи. На каждом углу кафешка, и дискотек полно, и в магазинах всякой красоты завались.

А у Ленки к красивой одежде всегда слабость была. По контрасту, наверно, с маменькой, которая с годами совсем на своей секте помешалась. Единственное черное платье могла весь год носить. И дочке если и покупала что, так самое убогое."

"Вот Лена и начала потихоньку, лет с шестнадцати, о себе самостоятельно заботиться. Благо внешностью Всевышний ее не обделил, и фигурка что надо, и подать себя умела. Совсем уж вниз, чтоб в проститутки, не рисковала: мигом поставят на учет и из секции выгонят. Но поклонников себе выбирала, чтоб обязательно с какими-никакими деньгами и щедрый.

А таких в их городе – выше крыши, особенно в летний сезон. Только в бар загляни… И на симпатичных восемнадцатилетних девчонок (Ленка всегда врала, что уже совершеннолетняя) мигом стойку делают.

Немного рискованно, правда: можно и на бандита нарваться. И на мента переодетого, кто нравственность юных горожанок блюдет. А иногда, девчонки болтали, и вовсе сумасшедшие попадались, по-научному – маньяки. Но только интуиция у нее была с детства развита. И людей Ленка чувствовала. Потому всегда выбирала себе удачно: чтоб мажорчик какой-нибудь. Или инженеришка, что тринадцатую зарплату заначил и от жены в Сочи выбрался, чтоб красиво сбережения прокутить. Старые перцы тоже иногда ничего попадались. Многого им не надо, а денежкой сыплют щедро.

Бывали, конечно, и проблемы: один раз под облаву попала. В другой раз – замели, когда двадцать долларов пыталась продать, подарок очередного кавалера. Что поделаешь: за все платить приходится, и за красивую жизнь тоже.