Золотое правило этики

"

"– Нет, – ответил Дронго. – Не раздавил. Только напомнил о суетности жизни и золотом правиле этики. Он не должен считать, что ему все дозволено. А убийцу мы обязательно вычислим. Во всяком случае, я почти наверняка знаю, что он так или иначе связан с самим Концевичем.

Глава пятнадцатая

Дронго попрощался со следователем и позвонил Вейдеманису.

– Поезжай в театр, – попросил он. – Сухарев пока еще занят и не успел побывать там. Хотя он все равно молодец. Сейчас мы знаем примерный маршрут возможного убийцы, даже место, где он мог спрятать тело погибшей Тамары Концевич.

– Проверили по телефонам, – понял Вейдеманис.

– Да, – ответил Дронго. – Там был какой-то Макс, который пытался выходить на контакты с самой Тамарой, затем завязал знакомство с актером и весьма тесно с ним общался. Телефон из записной книжки и номер, который уточнил Сухарев, совпали. Значит, это тот самый человек.

– Но зачем? – спросил Эдгар. – Почему нужно было все это придумывать? Устранять женщину, убивать актера, каждый раз подбрасывать эти телефоны. Наконец, деньги, кулон…

– И еще интимные фотографии, которые мы с тобой не заметили под телевизором. Целая пачка!

– Опять лопухнулись? – невесело уточнил Эдгар. – Этот убийца играет с нами в кошки-мышки. Но зачем ему все это нужно?

– Чтобы фотографии обязательно увидел сам Концевич. Я понял замысел убийцы и показал ему их, хотя и не все. Самые откровенные я убрал. Но дело не в этом. Здесь речь идет не просто о мести или вражде, а об оглушающей, обжигающей ненависти именно к самому Концевичу. Такой страшной, столь невероятной, что мне даже сложно придумать, чем именно Сергей Викторович заслужил такое чувство. Но не просто же так все получилось именно таким вот образом. Тело его жены сейчас ищут. А ты поезжай в театр и расспроси всех, кто мог знать что-то о тех знакомых Михаила Табатадзе, с которыми он общался в последние несколько месяцев.

– А ты сам-то куда поедешь?

– В Жуковку. Хочу еще раз переговорить с Галиной Аркадьевной. Она все-таки работает в этом доме столько лет. Многое повидала. Не беспокойся, я вызвал свою машину.

– Все равно будь осторожен. Если речь идет о такой ненависти, то она может обжечь любого, кто подойдет слишком близко.

Закончив разговор, Дронго поехал в Жуковку. Охранник перезвонил Концевичу, уточнил, можно ли пускать в дом постороннего человека, и получил согласие. Дронго вошел в дом. Дверь ему открыла сама Галина Аркадьевна. Она была в джинсах и темно-синем жакете. Так женщина выглядела даже моложе своих реальных лет.

– Вы опять приехали? – спросила она без особого удивления. – Снова желаете что-то проверить?

– Нет, – ответил Дронго. – Хочу поговорить с вами.

– Хорошо, – кивнула она. – Идемте на кухню.