Звенящая весенняя капель

Кривясь от боли, я подполз к мертвому телу и так же, как совсем недавно, зимой распустил завязки на сумке и принялся растягивать ее горловину, чтобы в него могло влезть тело."

"— Отойди от брата! — Хриплый злой голос словно гром прозвучал в тишине коридоров, мы дружно развернулись на него и уставились на парочку, вышедшую из темноты, мужчина и женщина, Ирина Кикимора и последний из братьев медведей, выглядели они так же паршиво, как и те двое, кого мы уже встретили тут, не до такой степени, конечно, как первый из парней, который дошел до того, что пытался слизывать воду со стен, но тоже очень и очень паршиво.

— Я сказал, отойди от брата. — Повторил оборотень и начал было превращаться в зверя, но Кикимора положила ему руку на плечо, и тот мгновенно успокоился.

— Всем добрый день. — Попыталась улыбнуться девушка своими ссохшимися, потрескавшимися губами. Выглядела она паршиво, хотя, если судить по тому, что одежда ее пусть и замызганная, и местами рваная, но все же была на ней, она сумела спастись от преследователей, пока действие феромонов сошло на нет. Ее некогда зеленые волосы свисали грязными сосульками, лицо осунулось и под глазами залегли черные тени. — Или что там у нас на дворе. — Движения девушки все еще были грациозны и женственны, и я даже на миг засмотрелся на нее, находя притягательные черты в пусть даже таком замызганном образе.

— Ну и воняет же от тебя, как от борделя для бомжей. — Скривилась Рысева, ее обостренное обоняние уловило весь спектр ароматов, источаемый девушкой и тот ей ой как не понравился, меня же голос подруги привел в чувства, я осознал, что то, что я сейчас ощущаю, это остаточное действие феромонов, они уже не имели такого убийственного эффекта, но все еще работали. — Что за парфюм у тебя такой мерзкий?

— Мужикам нравится. — Подмигнула Кикимора рыжей, на что я только скривился, да конечно, нравится, волю мы теряет от этой дряни. — Но про все про это позже. Еда и вода у вас есть?

— Есть. — Ответила ей Марья, но не сделала ни единого движения, чтобы достать фляжку или пакет с бутербродами, она просто как обычно спокойным и безразличным тоном честно отвечала на заданный вопрос.

— Ну так давай ее сюда! — Взвизгнула Кикимора, теряя самообладание, похоже спокойствие Марьи стало для нее последней каплей.