Зверь. В плену его желаний

Мы только потом, после расставания, начали ценить друг друга. Сейчас же я любого ради него порву. На части!

Наши глаза наполняются слезами. Действительно, Андрей ради сестры все на свете сделает. Убьет любого, кто близко подойдет, попытается навредить. И Лина тоже.

— Потом моя мама узнала, что мы с Дамиром в отношениях.  Она была против. Считала его нищим, никому не нужным. Ничего не умеющим. Но это неправда. Мой отец использовал его в своих целях. Всеми делами управлял именно Дамир. Из дерьма вытаскивал много раз. Но... Мама об этом не знала. Она вообще ничего не знала. Даже о том, что у отца другая женщина была. И сын. Вот из-за них и все началось.

Ангелина нервно барабанит пальцами по столу. Сглатывает, давит в себе слезы. Не подает виду, но я вижу, что ей больно вспоминать.

— Моя мама всегда добивалась своего. Настаивала, чтобы все делали то, что желает она. Но это неверно, Ник. Каждый имеет право выбора. А я изначально выбрала Дамира. Я хотела семью, но нам не давали возможности быть вместе.

Я понимаю: она права. Пусть моя мама никогда не вмешивалась в мою жизнь, но... В то же время она никогда не была на моей стороне. Думала только о себе и о своих целях. В чем-то есть схожесть...

— Отец отправил его в другую страну. Якобы это последнее дело, а потом он разрешит нам быть вместе. Но я об этом не знала. Дамир согласился, хоть и сомневался, что в конце концов нам разрешат пожениться, — делает глоток кофе и ставит чашку обратно. — Ник, я знала, что если Дамир уйдет, то больше не вернется. Чувствовала. Всем сердцем и душой понимала, что это расставание продлится долго. Так и получилось.

Мы отвлекаемся на прислугу. Она забирает бутылку малыша и молча выходит.

— Родители ехали на благотворительный вечер, а Дам с братом улетели. Я отказалась идти с мамой. Я очень злилась на них. Не знаю, что было бы, поедь я с ними. Но... В наш дом ввалилось десять головорезов. Больше, но не меньше. Они убили моих родителей на моих же глазах. Я видела  все в видео.

Господи. По спине пробегает холодок, а по коже — мурашки. Какой бы моя мама ни была, я бы отдала все, чтобы ее никто не трогал. А тут... Это ужас какой-то...

— Это был тот самый мужчина… Который воспитывал нашего младшего брата, считая его своим. Но не знал, что его жена изменяет ему с моим отцом. А когда узнал, вот так, — она разводит руками, — решил отомстить. Убил моих родителей. А также ту самую женщину — свою жену. И невинного ребенка. Меня же заставил играть. Говорить в камеру, что якобы я добровольно пошла. У меня не было выбора, Ник. Если бы я этого не сделала... — тихо всхлипывает, шмыгает носом. — Они убили бы брата и Дамира. Я не пережила бы...

Сглатываю ком в горле. Вытираю слезы со щеки Ангелины, поджимая губы. Черт! Я еле сдерживаю себя, чтобы не разреветься.

— Я поехала с ними.