Звезда эмира

И как бы я не успокаивал себя, что со временем мое желание видеть ее станет слабее, узнав, что она носит моего ребенка, оно лишь усилилось. Впервые я чувствовал потребность защищать свою женщину. А ведь она далеко не первая, кто носит моего ребенка!

Но почему лишь рядом с ней, мое сердце поет, а душа рвется ввысь?!

Не сказав ни слова, распластавшейся у моих ног хазнедар, я твердым шагом покинул свои покои и направился в гарем. Латифа нагнала меня у лестницы.

— Веди меня к Сафире, — прекрасно ориентируясь в гареме, я и сам мог найти дорогу к ее дому. В это время наложницы должны были уже отдыхать и навряд ли, я бы встретил кого-то из них на своем пути.

Латифа же служила неким отталкивающим фактором для них. Если даже одна из наложниц увидит меня в гареме, мне придется потратить массу времени, чтобы поприветствовать каждую и выслушать их жалобы и пожелания, а на это у меня нет времени.

— Где она?! — не успел я войти в дом Сафиры, меня встретила рабыня.

— Аши Сафира вышла на прогулку, Великий эмир, — я не обращая внимания на лежащую рабыню, кивнул Латифе и спустился в сад.

— Где она может гулять? Уже довольно поздно, — хоть факелы и освещали территорию сада, но на хождение по саду в поисках Сафи могло уйти много времени.

— Великий эмир я приказала евнухам пробежаться по беседкам, — Латифа стояла, опустив голову. Я же не собирался стоять здесь и ждать.

Приблизившись к одной из беседок и не увидев в ней Сафи, я вдруг услышал вскрик и помчался в ту сторону, откуда он раздался.

То, что я увидел, будет преследовать меня в жутких кошмарах, до конца моих дней. Моя младшая дочь, лежит на скамье, завалившись на бок. Ее темные пряди волос свисают с сиденья, слегка шевелясь от легкого ветерка.

Ее маленькая ручка, безвольно опущена, а милое личико, даже в темноте, выглядит очень бледным.

Мне было страшно опустить взгляд на землю, потому что я знал, кого там увижу и мое сердце кричало от боли! Сафи! Моя звездочка! Она лежала на земле сломанной куклой рядом со скамьей. В моей голове проносились мысли, но я не мог сосредоточиться, ни на одной из них. Мой взгляд помимо воли тянулся к любимой. Я не видел ее лица, но моя душа рвалась к ней, а я боялся даже пошевелиться. Мне казалось, стоит сделать лишь шаг и я пойму, что это не сон и ее больше нет!!!

— Они живы! Великий эмир, живы, — Латифа крикнула евнухам, чтобы звали лекарей.

ЖИВЫ! Они ЖИВЫ! Мое сердце бешено забилось, только сейчас я понял, что практически не дышал! Мои руки тряслись и я сжал их в кулаки, но все равно боялся сделать шаг к скамье. Боялся, что хазнедар ошиблась! К дочери подбежала лекарка и, подняв ее на руки, помчалась в лекарский дом.

— Великий эмир, — женщина протянула мне что-то на ладони. В свете факелов я увидел знакомые очертания кулона.