Звезда курятника

Речь шла о каких-то деньгах, которых собутыльники лишились по вине одного из них.

— Вот че ты сделал? Че стольник выбросил? — нудно причитал один из мужиков. — Че на тебя нашло?

— А че? — столь же нудно откликался его товарищ. — Че я, своим деньгам не хозяин? Че ты имеешь против?

Судя по убитым интонациям, вялотекущий спор продолжался уже давно.

— О! — радостно воскликнула я, обнаружив среди желтеньких одуванчиков маскирующийся под цветочек второй детский носок.

Это меня выдало: мужики заметили мое присутствие и заговорили громче.

— Да че нам в этом стольнике? — драматически повышая голос, провозгласил один из выпивох. — Ты только подумай: эта бабуська целый день стоит с протянутой рукой, а тут ей разом — бах! — стольник! Она же теперь может до вечера отдыхать! Она же стала счастливой!

Монолог щедрого дарителя стольников быстро обретал философскую глубину и полнился подлинным пафосом. Теперь я узнала говорящего: это был наш сосед снизу Пашка Лутонин по прозвищу Пава. Полагаю, кличку свою Пава получил за неистребимую манеру выпендриваться при каждом удобном случае. Чисто павлин! Пока публики нет, бродит себе такая невзрачная птичка, но стоит появиться зрителю, и пава распускает хвост веером.

— Она счастлива! Ты понимаешь? Счастлива! — продолжал драматизировать ситуацию Пава. — И это значит, что все в мире хорошо! И мы с тобой очень хорошие люди, если сделали счастливым хотя бы одного человека, пусть даже всего лишь какую-то паршивую бабку! Мы, простые русские парни!

— Слышь, простой русский парень, — для приличия пару раз хлопнув в ладоши, позвала я. — Пава! Тебя опять жена домой не пустила?

— Она дура! Ты понимаешь? Дура! — Пава пошел по второму кругу. — Она не пустила в дом хороших людей только потому, что они немножко выпили! Нас, простых русских парней!

— А че мне бабка? — сильно отставая от Павы, бубнил его партнер. — Мне для бабки бабок не жалко! Я на баб больше бабок трачу!

Пава толкнул приятеля локтем в бок.

— А че нам дом? — сменил пластинку тот. — Нам и на травке неплохо! Цветочки-лепесточки, водка-селедка, все дела!

— Давно тут сидите? — поинтересовалась я.

У меня возникла надежда обрести в лицах выпивох пару свидетелей нашего ночного убийства.

— Всю ночь! — заламывая руки, вскричал Пава.

С одноразовой пластиковой вилки, которую он держал в руке, в траву свалилась безголовая килька в томате.

— Ничего такого особенного не видели? — я подошла поближе. — Не появлялись тут какие-нибудь подозрительные личности?

— Еще как появлялись! — Пава с сожалением посмотрел на пустую вилку и слизнул с нее каплю соуса.

— Расскажи, — попросила я, приготовившись выслушать продолжительный эмоциональный монолог.