Звезда моя

Глаза Витале также светились предвкушением, и, купаясь в его восхищении, удовлетворенная его желанием, Зара приподнялась на локтях и потянулась к нему. Он прижался к ее губам, опустошенный своей потребностью в ней.

— Я так долго об этом фантазировал, — признался он слегка охрипшим голосом. Расстегнув бюстгальтер, он увидел маленький синий значок, который она прикрепила. — Что это? — спросил он.

— Знаешь, есть примета, по которой у невесты должно быть что-то новое, что-то старое, что-то одолженное и что-то синее. Этот синий значок напоминает мне о брате. Он получил его за игру в регби или что-то такое, — пробормотала Зара.

— Я даже не знал, что у тебя есть брат.

— Мы с Томом были близнецами. Но он погиб в автокатастрофе два года назад.

Поморщившись от болезненных воспоминаний, она позволила пальцам запутаться в его густых черных волосах и снова потянулась к его губам. Когда же он воспользовался приглашением прекратить разговаривать и поцеловать ее, ощущение было сродни опьянению, и все дурные воспоминания тут же улетучились.

— Мне только кажется или ты действительно стала чуточку полнее? — поддразнил он ее.

— В беременности есть свои плюсы, — обольстительно сказала она. — Пришлось отказаться от алкоголя, зато у меня появляется грудь.

Витале рассмеялся и поцеловал ее так, что у нее перехватило дыхание.

— Не останавливайся, — прошептала Зара, достигнув пика исступленного наслаждения, когда даже эти слова казались немыслимым усилием.

Когда же прилив неземного блаженства схлынул, она была слаба, как котенок.

— Это… вот это было идеально, — дрожащим голосом прошептала Зара. С его плеч ее руки соскользнули на спину, и инстинктивно она начала мягко разминать огрубевшую кожу. — Что это? — спросила она. — Расскажи мне наконец.

Его мышцы напряглись под ее пальцами, и он мрачно посмотрел прямо на нее.

— Когда я был маленьким, меня избивал мой отчим. Он попал за это в тюрьму.

Зара была в ужасе, на глазах у нее выступили слезы сочувствия, но она поспешила скрыть их.

— Я думала, это мне не повезло с родителями, — печально заметила она, — но, похоже, твое детство было гораздо труднее.

— Пускай нам не особенно повезло с семьями, это не помешает нам самим стать великолепными родителями, — совершенно убежденно сказал Витале. — Мы оба точно знаем, как не воспитывать нашего ребенка.

Зара подумала о шрамах на его спине, о боли, которую ему пришлось вытерпеть, об отчаянии, которое он наверняка испытывал, пока не выбрался из этого кошмара. Она чуть не расплакалась, но сдержалась и ограничилась парой негромких всхлипов и достаточно скромным объятием. Он не хотел зацикливаться на пережитых страданиях и с надеждой смотрел в будущее, с уважением отметила она.