Звездная тень
Место под солнцем лишь одно, даже если солнц – миллионы. Каждая цивилизация галактики имеет свое пpедназначение. Каждая yникальна и неповтоpима. Hо что стоит yникальность, если в ней нет свободы? Чего стоит место под солнцем, если тебе не позволено yйти в тень? И что стоит свобода, если она даpована свыше, если она пpевpащена в фетиш?...Петp Хpyмов понял, что звезды – лишь игpyшки в чyжих pyках. Он пpошел испытание абсолютной не-свободой, пpошел сквозь миp, где девиз "любовь, дpyжба и pабота" столь же лжив, как и на Земле. Он не знал, что миpы абсолютной свободы окажyтся еще стpашнее. Он не знал, что емy пpидется искать выход там, где выхода пpосто нет. И вновь обpатиться к пpеданной фоpмyле "любовь, дpyжба и pабота", чтобы попытаться спасти... спасти – не только себя.Читайте продолжение романа "Звезды – холодные игрушки"!
Секции забора словно сокращались, втягивались друг в друга. Наверное, лодка не могла высоко подниматься над землей. Вылетев на середину базы, она остановилась, медленно опустилась. Вокруг никого не было видно.
– Снег… устрой парня,– Галис первым шагнул на каменные плиты, выстилающие что-то похожее на плац.
– Да уж можешь не объяснять, разберусь.
Капитан никак не отреагировал на подобный ответ. Кивнул мне:
– Петр, если хочешь поговорить – заходи. Буду рад.
Я смотрел, как он удаляется твердой уверенной походкой, широко расправив плечи, всем видом воплощая представления о командире.
– Странная у вас субординация,– сказал я Снегу.– Ты с ним разве что не подрался.
Снег хмыкнул.
– Сейчас – можно. Тревоги нет.
– А если бы была?
Лицо пилота на миг утратило расслабленное выражение:
– Тогда – заряд в лоб. Немедленно. Ты что, Петр! И не вздумай себя так вести, если база будет на военном положении!
– Спасибо,– поблагодарил я. Особого впечатления предостережение не произвело. Дисциплиной тут и не пахло, а уж более того – трибуналами и военно-полевыми судами.– Предупредишь, когда это случится.
Снег хихикнул:
– Ты и сам заметишь. Идем…
Безлюдность базы по-прежнему смущала меня. Мы прошли к приземистому двухэтажному зданию, вошли внутрь. Я с жадным любопытством вглядывался в обстановку. У Геометров, по сути, удовольствия от изучения чужого быта я был лишен – с отключенной памятью мне не с чем было сравнивать их мир.
Впрочем, и здесь трудно чем-то заинтересоваться. Слишком уж все земное. Более того – образца начала двадцать первого века. Помесь военного городка с уютным отелем.
Сразу за входом – проходная. Наличествовала низкая стойка, за которой, по идее, положено находиться часовому.
– Только по тревоге,– заметив мой взгляд, сообщил Снег.– Все строгости – лишь в случае военных действий. У вас не так?
– Не так.
– Это ничего. Привыкнешь быстро…
Привыкать я не собирался, но говорить об этом, конечно, не стал.
– Идем.
Мимо холла, вполне сгодившегося бы гостинице без особых претензий – кожаные кресла, столики, огромный экран на стене, мы прошли к лестнице.
Одну картину я заметил. Море – или все же болото? – в лунном свете, серебристая дорожка на воде, парящая птица.












