10 мифов о 1941 годе
Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.
Обмен мнениями по вопросу будущей организации и распределения сил в оккупированных областях России после разгрома русских вооруженных сил (как оказалось, не состоявшегося. — С.К.). Следует сейчас же начать подготовку к зиме».
25 июля 1941 года, 34-й день войны:
«Совещание начальников штабов групп армий 25 июля 1941 года…
в. Уже сейчас продумать вопрос о подготовке к зиме (зимнее обмундирование)».
2 августа 1941 года, 42-й день войны:
«…Вопрос о снабжении зимним обмундированием. Поставки зимнего обмундирования, заявки на которое были отправлены в мае, позволили обеспечить лишь небольшую часть общей потребности.
Как видим, «сани» для русской зимы вермахт — в полном соответствии с русской пословицей — начал готовить летом. Другое дело, что ситуация к зиме оказалась «нерасчётной» — и войска с запада пришлось перебрасывать, и склады с обмундированием противник уничтожал, и необратимые потери обмундирования, не снятого с трупов немецких солдат, оказались намного большими, чем предполагалось.
Гудериан, правда, заявлял позднее, что в разговоре с Гитлером в середине декабря 1941 года он якобы обвинил интендантов в том, что они уже несколько недель не могут «протолкнуть» зимнее обмундирование на фронт и эшелоны с ним стоят в Варшаве. Но где же были, во-первых, хвалёные германская пунктуальность и германская организованность? И что это Гудериан «зачесался» лишь в середине декабря? Он ведь мог «проследить путь» зимних тулупов не в декабре, как он это сделал реально, а несколькими неделями ранее! Однако не проследил — под Москвой всё шло так, что немцы уже теряли голову и способность к трезвым действиям.
Так что ж тут сетовать на «русскую зиму»?
Да и была ли она, наша русская зима, всегда такой уж суровой в конце 1941 года? Я напомню читателю одну лишь фразу из записи переговоров по прямому проводу И.В.
«КОНЕВ. Дело осложнила оттепель, через р. Волгу тяжелых танков переправить не удается…»
Это ведь очень важная фраза!
Во-первых, спрашивается: «Кому, коль дела обстояли так, мешала успешно воевать под Москвой русская зима — немцам или русским?» Ведь немцы к тому времени своё тяжелое оружие теряли в боях, а русские, оказывается, не имели возможности полноценно использовать своё тяжелое оружие из-за плохой русской погоды.





