12 шедевров эротики
То, что ранее считалось постыдным и аморальным, сегодня возможно может показаться невинным и безобидным. Но мы уверенны, что в наше время, когда на экранах телевизоров и других девайсов не существует абсолютно никаких табу, читать подобные произведения — особенно пикантно и крайне эротично. Ведь возбуждает фантазии и будоражит рассудок не то, что на виду и на показ, — сладок именно запретный плод. "12 шедевров эротики" — это лучшие произведения со вкусом "клубнички", оставившие в свое время величайший след в мировой литературе. Эти книги запрещали из-за "порнографии", эти книги одаривали своих авторов небывалой популярностью, эти книги покорили огромное множество читателей по всему миру. Присоединяйтесь к их числу и вы!
» Оказывается козел в гостях был, на кровать лез и чуть было его не забодал… На Иматре он у меня, от козла удирая, чуть в водопаде не очутился. Едва-едва мы с Люцией успели поймать его за фалды…
— Однако!
— Мучительный человек!
— Вы долго его знали?
— Нет, где же? С Иматрою, шхерами, с Ялтою, — всего три недели. И то его главный секретарь, который с нами ездил, удивлялся, что так долго. Это редкость, чтобы он взял женщину с собой в путешествие. Ведь ему во всех городах, по маршруту, куда он направляется, заранее готовят новую. И, непременно, чтобы девушка. Он живет с ней несколько дней, а потом возненавидит и уже лица ее выносить не может.
— Даже? За что?
Марья Ивановна, как ни была расстроена, а улыбнулась.
— За козла принял!
— Черт знает что!
— Мало что не убил, дурак!.. И — главное: где его угораздило, — на Учан-Су. Наконьячился по дороге и пошел юродствовать. Придрался: почему в Учан-Су воды мало? Это не хороший вид, если в водопаде воды нет, это недобросовестность против путешественников!.. Я, сдуру, и пошути ему: «Должно быть, говорю, ваш козел здесь был и, назло вам, всю воду выпил!.
— «Врешь, все вы одна шайка!.. Ты с ним сговорилась!..» Спасибо, проводники отняли!.. И больше, — как отрезало, — уже не захотел меня видеть. В тот же вечер отчалил на своей яхте в Константинополь.
— А зачем это вы с ним все по водопадам скитались? То на Иматру, то на Учан-Су?
— Тоже страсть. Как же? Помилуйте, — в Африке на Замбези был, в Полинезию нарочно ездил смотреть какие-то горячие каскады… Должно быть, потому наш Учан-Су так его и разобидел…
* * *— Какая, однако, ваша жизнь! — с некоторым содроганием сказал Матьё Прекрасный.
— Э! что! — небрежно возразила Лусьева, — таких ли я чудушек видала?! Про Бастахова слыхали?
— Это московский? известный?
— Ну да. О котором слухи ходили — и даже до судебного следствия, будто он старуху-жену отравил после того, как выманил у нее завещание на все состояние — движимое и недвижимое, а капиталу-то ни много ни мало — пятнадцать миллионов! Только это вздор: куда ему! Добрейшей души был господин и, если бы не склонен был в кутежах скандалить, то и цены бы ему не было: не характер — золото!.

















