12 шедевров эротики

Хотите остаться проституткой, оставайтесь; не хотите, — ступайте к приютским дамам, — я вам, если желаете, дам адрес, — заявите, что, мол, желаю на исправление… Отбудете там на испытании срок, сколько у них полагается, и шабаш: уезжайте из Петербурга в город, где вас не знают… Бог весть, — может быть, вы и в самом деле еще не вовсе потерянная… где-нибудь, при хорошей поддержке, выбьетесь на дорогу!

— Эх, как хорошо бы, если бы так!..

— А хорошо, так и нечего зевать… валяйте!

— Страшно! — прошептала Маша и закрыла лицо руками.

Катерина Харитоновна окружилась облаком табачного дыма.

— Что говорить? Ампутация не из легких… А только без нее нельзя. Либо гнить, либо жить.

— Так что вы думаете, — после некоторого молчания возвысила голос Маша, — вы думаете… помогло бы?

Катерина Харитоновна пожала плечами.

— Уверена.

— Были примеры?

Катерина Харитоновна, сквозь дымное облако, кивнула головой.

— Запопала им в лапы, — протяжно начала она, — некая Лиляша, прелюбопытная особа, москвичка родом и не из простых!.. Нас с вами здешняя сволочь дразнит благородными и образованными, а Лиляшу не грех было бы и ученой назвать.

И из семьи такой — интеллигентной, профессорской, даже очень известной, — только, как видно, правда, что в семье не без урода. Как она свертелась и «дошла до жизни такой», это я вам когда-нибудь в другое время расскажу, на досуге, сейчас не в том дело. Летела, свертевшись, как водится, со ступеньки на ступеньку, — сперва в Москве, а как из Москвы ее выставила полиция, прикомандировала сюда. По барству своему, работала она с факторшей, а факторшей имела свою бывшую горничную, Дросиду Семеновну. Вы ее, конечно, знаете. Теперь она у Буластихи держит квартиру на отчете. Шельма, каких мало. Рассчитывала Лиляша устроиться к Рюлиной — проманулась: Аделька забраковала, что стара. Ну, она — к Буластихе. Здесь хозяйка с Федосьей обрядили ее в хомут, — валяй в хвост и в гриву! Долго ли, коротко ли, — не стерпела, взвыла. Улучила случай, что занесло к нам богатенького «понта», который знал ее в приличных барышнях, да, по сговору с ним, — взял он ее к себе на дом, будто на ночевку, — поехала и, ау, не вернулась!., очень просто!..

— Что же, этот «понт» на содержание ее, значит, взял? — перебила Маша.

— Нет, только помог выбраться из нашей ямы.

— Выбраться… А дальше-то, выбравшись, как?

— А дальше, конечно, сперва пришлось Лиляшке туго. Накатила ее Буластиха, и было все по порядку, чего вы, Маша, боитесь: участок, книжка, докторские осмотры, сыщики, — весь жалкий жребий проститутки-одиночки… Погибель! Казалось, нет тебе другого исхода: судьба так и прет тебя рожном кончать жизнь либо в реке, либо в бардаке. И вдруг — случайная встреча тоже со стародавним знакомым… артист оперный Леонид Яковлев… конечно, слыхали?.