12 шедевров эротики

И это вы говорите мне?! Я через две недели выхожу замуж за человека, которого люблю…

— Значит, вы будете одним из тех исключений, которые подтверждают правила… Но часто ли дафнисы и хлои превращались в филемонов и бавкид? Так редко! Или же после целого ряда отступлений.

— Что вы хотите этим сказать?

— А вот что: было бы справедливо и предусмотрительно, если бы молодым девушкам до брака в свою очередь позволяли вести жизнь холостых мужчин. Переболев этой болезнью роста, они становились бы идеальными женами.

Моника расхохоталась.

— К счастью, не все мужчины так полагают, а то я осталась бы в одиночестве.

— Но только таким образом мы окажем большую услугу обществу и к тому же отделаемся от чудовищного бремени — ревности. Разве не было бы прямой выгодой освободить любовь от маниакального взаимного чувства собственности, от претенциозного права на вечное обладание друг другом? Жениться будут лишь для того, чтобы счастливо дожить жизнь и иметь детей. Это разумнее всего!

— Любовь без ревности, — проворчал Режи Буассело, — это то же, что тело без души или ваш брак без любви.

Какая-то комбинация удушливых газов — усталости и взаимного расчета. Небольшая заслуга оставаться друг подле друга только потому, что уже ноги не бегут…

Моника живо подтвердила:

— Брак г-на Бланшэ — это какая-то богадельня для калек."

"— Извините меня, мадемуазель, — возразил профессор краснея, — что касается меня, я думаю, что истинный брак или, вернее, истинный союз возможен лишь тогда, когда есть любовь и до тех пор, пока она есть. Я утверждаю только, что союз этот будет иметь больше шансов на длительность, если мужчина и женщина вступят в него уже умудренные опытом.

Для меня важна не форма, а сущность. Свободный союз привлекал бы меня так же, как и брак, если бы наши законы одинаково охраняли священные права детей.

Заговорил Виньябо:

— Теоретически, конечно, свободный союз — это лучшая форма единения, но Бланшэ прав: все дело в детях. Брак все же дает им гарантии, а при свободном союзе в настоящее время они неминуемо приносятся в жертву.

Буассело сейчас же на него напал:

— Так измените же ваши законы, потому что сейчас интересы отдельных индивидуумов идут вразрез с интересами государства, которое желает иметь как можно больше детей! — он подмигнул: — Для будущей войны…

— Но вы же знаете, — заметил Бланшэ, — что во Франции законы идут следом за нравами.

— Ну, если этого ждать, мы до тех пор все вымрем!

Виньябо затеребил свою бородку:

— А Ренан, дорогой мой? Живые всегда идут вперед по мостам из мертвецов.

Наступило молчание.