12 шедевров эротики

Ну, а на месте поединка, расскажи мне, как это произошло.

Он сочинил драматическую сцену:

— Когда мы сошлись лицом к лицу, в двадцати шагах, то есть на расстоянии, только в четыре раза большем, чем эта комната, Жак спросил, готовы ли мы, и скомандовал: «Стреляй!» Я немедленно поднял правую руку и вытянул ее по прямой линии. Но я сглупил, целясь в голову. У моего пистолета курок был тугой, а я привык к легкому спуску. Сопротивление курка отклонило выстрел в сторону. Но все же я едва не попал в него. Он тоже ловко стреляет, каналья! Его пуля чуть не задела моего виска.

Она сидела у него на коленях, обняв его, словно желая разделить угрожавшую ему опасность, она шептала:

— Бедняжка! Бедняжка!

Когда он кончил рассказывать, она произнесла:

— Знаешь, я не могу без тебя жить! Я должна с тобой видеться, но, когда мой муж в Париже, это сопряжено с неудобствами. По утрам я могла бы выбрать свободный часок и забегать поцеловать тебя, когда ты еще в постели. Но я ни за что не пойду в твой ужасный дом. Что же делать?

Его внезапно озарила блестящая мысль; он спросил:

— Сколько ты здесь платишь?

— Сто франков в месяц.

— Прекрасно, я возьму эту квартиру на свой счет и поселюсь в ней по-настоящему. При моей новой должности прежняя квартира мне все равно не годится.

Она подумала несколько минут, потом ответила:

— Нет, я не хочу.

Он удивился."

"— Почему это?

— Потому что…

— Это не объяснение. Эта квартира очень мне нравится. Я здесь, и я не уйду.

Он засмеялся:

— К тому же она ведь снята на мое имя.

Она не соглашалась:

— Нет, нет, я не хочу…

— Но почему же?

Тогда она тихо, нежно прошептала:

— Потому, что ты будешь приводить сюда женщин, а я этого не хочу.

Он возмутился:

— Никогда в жизни! Я тебе обещаю.

— Нет, ты их все-таки будешь приводить.

— Клянусь тебе.

— Правда?

— Честное слово… Этот домик — наш, только наш.

Она порывисто обняла его.

— Ну, тогда я согласна, мой милый. Но знай, если ты меня обманешь хоть раз, хоть один раз, — между нами все будет кончено навсегда.

Он снова с жаром поклялся; было решено, что он в тот же день переедет, чтобы она могла заходить к нему всякий раз, когда будет проходить мимо.

Потом она сказала:

— Во всяком случае, приходи в воскресенье обедать.

Он был польщен:

— Вот как! Правда?

— Да, ты завоевал его симпатии. Послушай, ты говорил, что провел детство в поместье. Правда?

— Да. Ну, и что же?

Ты немножко знаком в таком случае с сельским хозяйством?

— Да.

— Так вот, поговори с ним о садоводстве и земледелии; он это очень любит.

— Отлично. Постараюсь не забыть.

Она покинула его, осыпав бесконечными поцелуями; после этой дуэли ее нежность к нему особенно возросла.