12 шедевров эротики

— Да в конце концов что? Не правда ли, господин Ланлер?

— Конечно!

И после некоторого молчания он печальным голосом прибавил:

— У всякого свое горе, дедушка Пантуа…

— Это верно…

Наступило молчание. Марианна что-то рубила, надвигалась ночь… Два больших подсолнечника, которые видны были через открытую дверь, исчезали в темноте… А дедушка Пантуа все ел… Его стакан стоял пустой… Хозяин его наполнил… и вдруг, спускаясь с высот метафизики, спросил:

— А почем нынче шиповник?

— Шиповник, господин Ланлер? Да круглым счетом шиповник в нынешнем году стоит двадцать два франка сотня.

Дороговато немного, это верно. Но дешевле не могу, видит Бог!

Как человек благородный и презирающий денежные расчеты, хозяин прервал дальнейшие объяснения старика:

— Хорошо, дедушка Пантуа… Согласен. Разве я когда-нибудь торгуюсь с вами?.. И я вам заплачу за шиповник не двадцать два франка, а… двадцать пять.

— Вы очень добры, господин Ланлер.

— Нет, нет. Я только справедлив. Я стою за народ, за труд…

И, стуча по столу, он набавляет цену:

— И не двадцать пять франков, а тридцать франков, черт возьми. Тридцать франков, слышите, дедушка Пантуа?

Бедный старик посмотрел на хозяина удивленными и благодарными глазами и прошептал:

— Очень хорошо слышу.

Приятно на вас работать, господин Ланлер. Вы понимаете, что такое труд, вы…

Хозяин прервал эти излияния.

— Я вам заплачу… сегодня у нас вторник… Я вам заплачу в воскресенье? Заодно уж захвачу с собой и ружье. Согласны?

Глаза старика, которые светились благодарностью, потухли. Он сидел, съежившись, смущенный, перестал есть.

— Может быть… — сказал он робко, — сегодня заплатите? Премного обяжете, господин Ланлер.

Только двадцать два франка. Извините.

— Вы шутите, дедушка Пантуа! — возразил хозяин с гордой уверенностью. — Конечно, я вам сейчас заплачу. Ах, Боже мой! Ведь я что вам сказал? Мне только хотелось прогуляться к вам.

Он стал искать по карманам брюк, сюртука и жилета и, как бы от неожиданности, воскликнул:

— Смотрите! Как раз мелких нет. У меня только эти проклятые тысячефранковые билеты…

И с каким-то искусственным смехом он спросил:

— Пари держу, что вы не разменяете тысячу франков, дедушка Пантуа?

Видя, что хозяин смеется, дедушка Пантуа решил, что и ему нужно засмеяться, и он шутливым тоном ответил:

— Ха!.

. ха!.. ха!.. Да я никогда не видал этих проклятых билетов!..

— Ну тогда, значит, до воскресенья! — заключил хозяин."

"Он налил себе стакан сидру и чокался с дедушкой Пантуа, как вдруг хозяйка, приезда которой никто не заметил, вихрем влетела в кухню. Ах, какие у нее были глаза, когда она увидела, что хозяин сидит рядом с бедным стариком и чокается с ним!

— Это что такое? — закричала она побелевшими губами.