12 шедевров эротики

Все это очень часто наводило на меня грусть, трогало меня до слез… Да, иногда несказанная, давящая меланхолия охватывала меня от этого странного дома, где все обитатели, старый и молчаливый метрдотель, Вильям и я сама мне казались неспокойными, пустыми и мрачными, как призраки… Последняя сцена между господами, при которой я присутствовала, была особенно забавна…

Однажды утром барин вошел в уборную барыни в ту минуту, когда она примеряла передо мной новый корсет, жуткий корсет из лиловатого сатина с желтыми цветочками и желтыми шелковыми шнурками.

Барыня, как видите, не обладала избытком вкуса.

— Как? — сказала барыня тоном веселого упрека. — Разве таким образом входят к женщинам, не постучавшись?

— О! к женщинам? — прощебетал барин. — Во-первых, ты — не женщины.

— Я не женщины?.. Что же я такое тогда?

Барин сложил свои губы сердечком — Боже, какой у него был глупый вид — и очень нежно, или, вернее, притворяясь нежным, прошептал:

— Но ты моя женщина… моя маленькая женка… моя красивая, моя милая женушка… Нет ничего дурного зайти к своей маленькой женке, я думаю…

Когда барин притворялся таким безумно влюбленным, это значило, что он хотел получить деньги у жены… Последняя, еще не доверяя его нежности, возразила:

— Нет, есть дурное…

И она сказала, жеманясь:

— Твоя милая женка… Вовсе это не так верно, что я твоя милая женушка…

— Как… это не так верно?.

.

— Ах! разве можно знать?.. Мужчины — такой странный народ…

— Но я тебе говорю, что ты моя милая женушка… моя дорогая… моя единственная, маленькая женушка…

— А ты… мое дитятко… мое толстое дитятко… единственное дитятко у своей маленькой женки…

Я развязывала корсету барыни, которая, смотрясь в зеркало с голыми и поднятыми руками, гладила поочередно то правой, то левой рукой свои волосы под мышками.

У меня было большое желание расхохотаться. Как они были смешны со своими «милая женушка», «толстый ребеночек»! Какой у них был глупый вид у обоих!

Войдя в комнату и разбросав повсюду юбки, чулки, полотенца, щетки, флаконы, барин взял модный журнал, который валялся на туалете, и, сев на плюшевый табурет, спросил:

— Что, есть ребус на этот раз?

— Да… кажется, есть.

— А ты отгадала этот ребус?

— Нет, я его не отгадала.

— А! А! Посмотрим этот ребус…

В то время, как барин с нахмуренным лбом погрузился в изучение ребуса, барыня сказала немного сухо:

— Роберт?

— Моя дорогая…

— Значит, ты ничего не замечаешь?

— Нет… что такое? В этом ребусе?..

Она пожала плечами и закусила губы:

— Да, в ребусе!..