12 шедевров эротики

В моей жизни ни одна женщина не возбуждала во мне такого любопытства!

— Это мой бюст! Не правда ли?

— Да, ваш бюст, — ответил он, — ваш чудный бюст, который должен быть… Но, прошу прощения, если вы намерены позволить мне его увидеть, то излишне останавливаться так долго на описаниях, я могу ошибиться и вас сконфузить…

— Так вы полагаете, что у меня не прекрасный бюст?

— Боже меня сохрани от подобной мысли!

— Он может быть велик, но зато он упруг…

— Я в этом убежден.

— Многие поразились бы, увидав мой бюст.

— Верно!

Тьфу, пропасть! Это нечто фатальное! Как же вы хотите, чтобы он противился подобному обязательству!.

— Я хочу вас поцеловать, — воскликнул мой хозяин.

Он обхватил даму; она не сопротивлялась. С тою осторожностью, с какой люди расстегивают пуговки ботинок, она стала расстегивать свой корсет. Ей, видно, очень не хотелось, чтобы отскочил крючок.

Я могла рассмотреть красавицу в профиль и анфас. Она не хотела, подобно большинству посетительниц, чтобы занавески были спущены; ей хотелось поразить моего хозяина своей наготой при ярком освещении.

Она ловко скинула рубашку.

А я думала:"

"— Кто она такая, эта женщина? Кокотка не показывала бы себя так бесцеремонно.

В глазах моего хозяина выразилось изумление, которое он и не пытался скрыть.

Блондинка была бесспорно хороша. Красота у нее была необыкновенная, поистине чудесная. Стройная, пухленькая, с округлыми нежными формами; у нее была очень привлекательная фигура и прелестный вид сзади. Но, ангелы небесные, спереди — это была настоящая поэма! Ее груди, ее очаровательные груди вздымались, как две огромные груши, удивительно чистые груши, на которых с удовольствием останавливался глаз.

Понятно, чтобы уместить в корсете и чтобы вместе с тем придать грудям ту форму дынь, ценою в 6 франков, о которых уже упоминалось, наиболее удаленное от груди место должно было войти внутрь самой груди, подобно тому, как различные трубочки телескопа ввинчиваются одна в другую.

При виде этою причудливого создания мой хозяин улыбнулся. И он признался:

— Это впервые.

— Не правда ли, это редкость! Все, кому приходилось их видеть, мне об этом уже говорили.

— Вы должны были бы выставить себя напоказ.

— На ярмарке! — прервала она.

— О! Простите! — возразил мой хозяин. — Я этого не хотел сказать; я хотел сказать — на несколько сеансов в медицинском факультете, который наверняка найдет в ваших солидных «грушах» интересный объект для наблюдения.

— Все мне об этом говорят, — прибавила она.

— Во всяком случае я не понимаю вашего супруга.