12 шедевров эротики
То, что ранее считалось постыдным и аморальным, сегодня возможно может показаться невинным и безобидным. Но мы уверенны, что в наше время, когда на экранах телевизоров и других девайсов не существует абсолютно никаких табу, читать подобные произведения — особенно пикантно и крайне эротично. Ведь возбуждает фантазии и будоражит рассудок не то, что на виду и на показ, — сладок именно запретный плод. "12 шедевров эротики" — это лучшие произведения со вкусом "клубнички", оставившие в свое время величайший след в мировой литературе. Эти книги запрещали из-за "порнографии", эти книги одаривали своих авторов небывалой популярностью, эти книги покорили огромное множество читателей по всему миру. Присоединяйтесь к их числу и вы!
Не прошло получаса с момента его возвращения с почты, как в дверях раздался звонок.
— Женщина! — подумала я.
Нет, это был мужчина, изящный господин лет тридцати семи-восьми, блондин с красивыми усами, шикарно одетый.
— Ну вот! — воскликнул мой хозяин, крепко пожимая ему руку.
Последний не спешил ответить. Очевидно, новость не из приятных. Наконец он решился сказать:
— Послушай приятель, ты должен быть мужественнее.
— А! — воскликнул мой хозяин, — она отказывает!.. Хорошо. Я знаю, что мне теперь осталось сделать…
— Я тебя уверяю, что ты влюблен, — сказал господин.
— Нет, нет, не думай так. Это невозможно, о чем ты говоришь… Видишь ли ты, не все в этом положении смогут перенести эту муку…
— Без сомнения, но у тебя есть энергия, ты это доказывал много раз.
— У меня нет энергии; в эти моменты люди теряют энергию.
— Тем не менее, рассуждая…
— О! Я тебя прошу!.. У меня нет рассудка, я не могу рассуждать. Я хочу совершить важный поступок, который послужил бы уроком тем, которые принуждены будут подражать Симон. Это гадко, мерзко, то, что она делает. Не покидают умирающего человека, не сказав ему последнего прости…
— A! pardon, она не отказывает в свидании; напротив, она желает тебя видеть, говорить с тобой, утешать тебя, вдохнуть в тебя прежние силы; она хочет, чтобы ты принял ее, я говорю тебе.
— Тогда!.. если бы я ее позвал, обещая ей все, что она потребует…
— Она придет.
— Ты полагаешь? — спросил мой хозяин, и в его глазах блеснул луч надежды.
— Я в этом уверен! Она мне сама объявила, что, если бы она знала, что своим приходом она тебе окажет добро, ничто бы ее не остановило.
— А ты ей сказал, чтобы она пришла?
— Нет.
— Почему? — вскричал мой хозяин.
— Потому что я полагал, что гораздо благоразумнее предупредить тебя, что, по моему мнению, она не будет твоей любовницей и что было лучше для тебя не видеть ее. Когда она уйдет, у тебя будет такой взрыв отчаяния, что это превысит даже твои теперешние страдания.
— Я хочу ее видеть! Ты слышишь? Я хочу ее видеть! Она должна прийти. Я обещаю все, что хочешь, но я желаю, я желаю ее видеть!
Он положил руки на плечи друга.
— Хочешь быть хорошим? — спросил он.
— Да, — ответил друг.
— Пойди скажи ей, что я ее жду. Иди скажи ей, что если она не придет сегодня, сейчас, то ты ни за что не отвечаешь. Иди, я тебя умоляю! Ты мне окажешь такую услугу!
— А ты мне обещаешь быть благоразумным, очень благоразумным?
— Я тебе обещаю… Я сделаю все, что смогу, чтобы быть благоразумным.
— Она внизу, в экипаже. Я иду…
— Как?.. Здесь?.. И ты мне не сказал?.. О! Я тебя ненавижу! Я тебя презираю!.. Ты мне больше не друг… Я отрекаюсь от тебя!.. Я отрекаюсь от тебя!..

















