1941. Время кровавых псов

Никита упал, перекатом через спину ушел от следующего удара и, поймав Севку на противоходе, завязал в узел, но в следующий раз Севка снова успел отреагировать на удар и снова провел прием, а потом, пользуясь своим ростом и весом, начал все чаще бросать инструкторов на брезентовые маты…

Эти успехи ознаменовались тем, что вместо Никиты и Кости рукопашным боем с Севкой стал заниматься молчаливый крепыш лет сорока, и Севка снова почувствовал себя беспомощным и слабым.

Он с остервенением наносил удары по тяжеленной кожаной боксерской груше, бил руками и ногами.

Метал ножи в деревянную мишень, сцепив зубы, зарезал специально привезенную свинью и выпотрошил ее под пристальным взглядом Гориллы. Если бы ему приказали рвать зубами сырое мясо – он бы рвал. Время от времени у него кое-что стало получаться: достать ударом нового инструктора, заслужить одобрение у Дятла, следившего за его стрелковой подготовкой, и добежать до финиша сорокакилометрового марш-броска с тридцатикилограммовым тюком за спиной."

"Собственные успехи Севку особо не радовали, он даже и не замечал изменений в себе, не задумывался над этим.

Ему нужно было преодолеть препятствия. Ему нужно было доказать себе и остальным, что он может, что он способен выдержать если не все, то многое.

Раз или два в неделю ему приказывали переодеться в чистое и отправляли вместе с Никитой или Костей сопровождать комиссара. В Москву. В города и деревни области, к фронту. Иногда позволяли садиться за руль вместо Петровича.

Севка молча выполнял приказы, коротко отвечал на вопросы и никогда не задавал своих.

Он здесь временно. Это нужно помнить.

Он здесь временно. Это главное. Он найдет способ вырваться отсюда в свое время. Правду сказал комиссар, соврал ли – это неважно. На самом деле Евгений Афанасьевич поставит условие об эвакуации Севки в будущее при переговорах с Орловым или это Орлов предложит Севке сдать комиссара за путевку домой – неважно. Важно то, что Севка решил.

Он сделает все, чтобы вернуться в свое время. Нужно будет убить? Предать? Он готов.

Во всяком случае, Севка был в этом уверен. На все сто.

И в тот октябрьский день он был в этом уверен.

Легко прошел полосу препятствий, отстрелялся из «нагана» и «ППШ», а после обеда без волнения стал готовиться к рукопашному бою. Но вместо инструктора за ним в столовую зашел Никита.

– В подвал, – сказал лейтенант.

Севка молча встал из-за стола. Кормили его плотно и, как заподозрил Севка, не без умысла заставляли набивать желудок перед физическими тренировками и боями. Был у них свой расчет. «И черт с ними, – решил Севка. – Черт с ними со всеми».

Следом за Никитой Севка спустился по лестнице.