1984, Торговец забвением

- Одет?

Я отвел глаза от его лица и начал рассматривать ряды бутылок, пытаясь сосредоточиться.

- Темные брюки… возможно, джинсы… темно-синий свитер.

- Волосы?

- Гм… Кажется, светло-каштановые. Да, определенно, не блондин и не брюнет.

- Возраст?

Я задумался и снова перевел взгляд на своего терпеливого мучителя.

- Маленький мальчик… Года четыре, думаю.

- Откуда такая уверенность?

- Но я вовсе не… Голова у него была непропорционально большой относительно тела.

В глубине глаз Уильсона замерцал огонек.

- А что за собака? - спросил он."

"Я снова вперился взором в пространство, пытаясь представить эту картину: ребенок играет на холме.

- Гончая.

- На поводке?

- Нет… Она бегала. Убегала, а потом возвращалась к мальчику.

- А какие на нем были ботинки?

- О Господи! - взмолился я. - Но ведь я видел его всего пару секунд!

Уголки губ у него дрогнули. Он опустил глаза, какое-то время разглядывал сложенные на коленях руки, затем снова взглянул на меня.

- И больше никого?

- Никого.

- Ну а шофер шейха? Я покачал головой.

- Он, должно быть, сидел в машине. Впрочем, не знаю. Стекла у «Мерседеса» затемненные.

Уильсон заерзал на стуле, потом поблагодарил меня, собрался было встать.

- Кстати, - заметил я, - кто-то стащил у меня три ящика с шампанским и еще несколько бутылок спиртного из фургона. После того как произошло несчастье. Наверное, мне следует сообщить в полицию, прежде чем требовать возмещения ущерба по страховке… Может, вы зарегистрируете это заявление?

Он улыбнулся.

- Запишу.

- Спасибо.

Он протянул мне через прилавок руку, я пожал ее.

- Это я должен благодарить вас, мистер Бич, - сказал он.

- Вряд ли от меня был большой толк.

Он снова улыбнулся, суховато, краешками губ, милостиво кивнул и вышел.

О Господи Боже, вдруг вспомнил я, следя за тем, как он, ссутулившись, удаляется к двери. Во дворе у Готорнов было разбито сто шестьдесят бокалов. Куда более уместно вспомнить о страховке в связи с этой потерей, поскольку буквально завтра, во вторник, мне предстояло поставить эти самые бокалы на благотворительную распродажу с вином и сыром в фонд Женщины Темзы. А я об этом напрочь забыл.

Я тут же набрал номер Готорнов, хотел просить Флору о маленьком одолжении - пересчитать, сколько уцелело бокалов. Но вместо Флоры услышал в автоответчике голос Джимми, громкий, звучный и немного томный, предлагающий мне назвать свое имя, номер и оставить, если желаю, сообщение.

Я исполнил его просьбу. Как, интересно, обстоят у Джимми дела в интенсивной терапии?… Надо бы узнать. Когда вернулась миссис Пейлисси, я, взяв Брайана с собой, отправился к оптовикам, где он помог мне переложить тяжелые коробки с полок на тележки, затем - с этих тележек на другие тележки, у кассы, после чего мы вывезли тележки на улицу и уже там погрузили товар в фургон.