3+1=... (СИ)

В конце концов, это ее ребенок, он находится в ее теле, и никто не сможет этого ребенка у Марины забрать. А Андрей… Не хочешь — не надо. Но от этого заныло. В неопознаваемом месте внутри, но сильно.

Она выпрямилась, достала из кармана телефон.

Демьян: Марин, как думаешь, брекеты — это сильно зашквар?

Марина: Брекеты — это красивая улыбка, от которой девчонки будут штабелями вокруг тебя падать.

Демьян: Чем падать?

Марина: Неважно. Просто падать. А что, надумал ставить брекеты?

Демьян: Вчера были у врача, он сказал, что надо ставить.

Марина: Что отец говорит?

Демьян: Ну, типа если надо — то надо. Но решать типа мне. Это дорого, Марин?

Марина прикрыла глаза. Как вот я уйду из твоей жизни… Как ты уйдешь из моей жизни… Если я обсуждаю брекеты с твоим старшим сыном?!

Марина: Твоему отцу это по карману.

Потому что Андрей сделает для своих сыновей все.

Она переключилась на чат с Касей. А там были жалобы на то, что в школе задали учить стих про осень, и просьба сегодня послушать юного декламатора. Разве могла Марина отказаться? Если это зависит от нее — она мальчиков ни за что не бросит. Уже не сможет. Хотя Марина ступает на опасную дорожку, очень опасную. Где риски — не только ее душевное благополучие, но и судьбы двух мальчишек, к которым жизнь и так была не очень справедлива в первые годы. Они к ней тоже привязались, Марина это чувствовала. И как она их сможет оставить? Как они это переживут?!

Марина снова легла на спинку скамейки, прикрыла глаза. И перед внутренним взглядом вдруг появилась совершенно отчетливая картинка.

Дом. Тот самый дом, который построит Андрей. Который он ей тогда нарисовал. А рядом — сам Андрей, Демьян и Касьян. Но и не только. А еще там она, Марина. И коляска с кем-то маленьким, новорожденным. И все туда заглядывают, в эту коляску, и счастливо улыбаются. А потом фантазия, уже ничем не сдерживаемая, понеслась дальше. Откуда-то появляется собака — хаски, как мечтает Кася. Андрей обнимает Марину, целует в щеку и шепчет: «Спасибо за дочь, любимая». И мальчишки тоже обнимают ее с двух сторон и называют мамой.

Какой ужас. Какой кошмар. Все такое настолько ненастоящее — как в телевизионной рекламе майонеза. В реальной жизни не бывает такого. Реальная жизнь — это то, что произойдет сегодня вечером. Что бы это ни было и как это ни произойдет — это и есть реальная жизнь.

Марина открыла глаза и встала со скамейки. Ну, здравствуй, реальная жизнь. Я ненадолго отходила.

***— С тобой Татарников полностью рассчитался?

— Да.

— Ну и отлично, — Андрей выкладывал продукты на стол. — А то он немного не в адеквате. Утверждал, что собирается жениться на тебе — в таком он восторге.

Марина смотрела на гору продуктов на столе.

— Я лично не собираюсь за него замуж.