28 панфиловцев. «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!»

Ни пуха ни пера.

– К черту!

Очередной снаряд пронесся над головой, следом пулеметная очередь. И сразу кинулось вперед немецкое штурмовое отделение.

С запозданием дал очередь «дегтярев», однако немцы, понеся немалые потери, успели нырнуть в снег. Они наступали короткими быстрыми перебежками.

Тимофей Савенко со своей самозарядкой «СВТ» все же поймал на мушку не слишком расторопного немца. Он нырнул головой в снег, а задняя половина туловища торчала наружу.

Пуля угодила ему в ногу выше колена. Видимо, перебило кость. Крик на секунду заглушил остальные звуки боя, а «Т 38» открыл огонь сразу из двух пулеметов.

Антон Федосеев полз по ложбине, следом два бойца. Башня «чеха» развернулась в их сторону.

– Ребята, берегись! – успел выкрикнуть сержант.

Он сам и красноармеец, ползущий следом, успели плотно прижаться к земле. Второй боец замешкался. Пулеметная очередь прошила его поперек спины. Снег вокруг быстро напитывался кровью.

– Врежь бронебойными по «чеху», – приказал младший лейтенант пулеметчику Никите Швецову. – Отвлеки внимание от ребят.

Лобовая броня «Т 38» составляла двадцать пять миллиметров. Пуля бы ее, конечно, не пробила. Но впереди имелась довольно широкая смотровая щель. Кроме того, командирская башенка была оборудована четырьмя смотровыми щелями, хоть и защищенными бронестеклом, но защита эта была не слишком надежная.

Никита Швецов, сменив диск, короткими очередями бил по смотровым щелям. Несколько пуль угодили в командирскую башенку. Треснуло бронестекло, заставив командира машины отшатнуться.

Это минутное замешательство позволило Антону Федосееву и его напарнику пробежать открытое место и оказаться метрах в тридцати от танка.

Расстояние вроде небольшое, но противотанковую гранату весом более килограмма далеко не бросишь. Оба бойца застыли за сосной, тяжело дыша.

Лейтенант, командир танка, злясь за пережитый страх, приказал открыть огонь из пушки и обоих пулеметов.

– Не давайте русским высунуться! Штурмовая группа их прикончит.

Лейтенант не знал, что к его машине быстрыми шагами приближается рослый сержант с противотанковыми гранатами, не менее обозленный, чем немецкий офицер.

У Антона Федосеева еще летом погиб старший брат, а во время бомбежки сгорел дом и получили сильные ожоги младшие сестры. Мать писала, что обе не могут прийти в себя, глядя в зеркало на обезображенные лица.

– Я вас, тварей, сейчас живьем спалю, – бормотал сержант.

Командир танка увидел рослого сержанта в шапке со звездочкой, когда до него оставалось не больше десяти шагов.

– Башню… разворачивайте башню.

Башня на танке «Т 38» разворачивалась вручную. Лейтенант понял, что рыжий русский их опередит.