Обнаженный любовник

На улице свистел ветер, и Нэйту хотелось отдать ей свое пальто. Но, конечно, он выбежал из дома без него.

— Доброго вечера, Нэйт, — сказала она, присев в коротком реверансе.

Нэйт поклонился, хотя понятия не имел, что делает.

— Просто позвони мне. В любое время.

Сегодня, — подумал он. — Ну, как только доберешься до «Безопасного Места».

Прежде чем он успел сказать что-нибудь еще — хотя, на самом деле, что еще могло выставить его еще большим тупицей — Илин вышла из дома, подол ее длинной мантии шлейфом тянулся за ней. Когда дверь закрылась, в его памяти отпечатались пятна грязи на ее подоле, и Нэйту потребовалась минута, чтобы понять, почему: Илин знала, каково это — быть одной и бояться.

Это роднило их.

— Ты в порядке, сынок? — спросил Рейдж.

Нэйт удивился.

— О, я думал, ты ушел.

— Как раз ухожу, — Брат подошел к тому месту, где стояло кресло. — Я забыл свою куртку, пришлось вернуться за ней.

Последовала пауза, и было ясно, что мужчина хочет что-то сказать. И речь не о погоде.

— Пожалуйста, не говори моему отцу… — тихо начал Нэйт.

— Что? Что ты впервые дал женщине свой номер? — Когда Нэйт покраснел, Рейдж кивнул.

 — Не беспокойся. Это твоя история, не моя. Береги себя, сынок.

Десять минут спустя Нэйт все еще стоял в недавно обставленной гостиной, когда входная дверь снова открылась, и вошли парни в комбинезонах и с инструментами. Когда он кивнул команде и попытался вести себя как ни в чем не бывало, ему пришла в голову мысль, что на площадке больше нечего делать… и это было печально. Учитывая, что этот дом станет своего рода филиалом «Безопасного Места», он чувствовал связь между ними, пока Илин была там, а он — здесь.

Да, в отличие от номера телефона, который казался слишком ненадежным, и не потому, что был написан на фантике от леденца.

Илин явно раздумывала, сохранить ли у себя этот номер, и время поджимало…

— Что, черт возьми, с тобой происходит?

Он вздрогнул и повернулся к Шули… и почувствовал, что не узнает своего друга. Что было безумием, потому что парень был одет в ту же футболку «Izod», кашемировый свитер и шорты цвета хаки, которые всегда носил. У него даже была пара очков «Рэй Бэн», заправленная за V-образный вырез… как у Джеймса Спейдера в том старом фильме.

«Красотка в фиолетовом»? Как он там назывался?

— Прием? — Шули махнул рукой. — Есть тут кто-нибудь?

Взгляд Нэйта рассеянно проследил за блеском дорогих часов на запястье приятеля. И поскольку он не хотел думать ни о чем другом, и поскольку он определенно не хотел обсуждать то, о чем не хотел даже думать, он выпалил:

— Почему ты здесь?

— А… почему я в бригаде? Мой отец считает, что небольшая подработка формирует характер.

— Кажется, это не работает.

— Ауч… хотя ты, наверное, прав. Иногда я бываю придурком.