Обнаженный любовник

Балз мысленно запустил не-медный механизм замка, податливость внутренних болтов заставила его почувствовать себя так, будто он две ночи просидел в массажном кресле, поедая доритос: раздутым как шар и отупевшим от отсутствия сложных задач.

Будут и другие ночи для испытаний, сказал он себе.

Когда дверь сейфа открылась, внутри загорелся неяркий свет, озаривший все, что он искал. Сейф был поделен на секции — представьте себе — прозрачными полками, и содержимое также группировано — сюрприз! — по видам: наличка уложена штабелями, купюры стянуты вместе, почему-то напоминая ему двухъярусные кровати.

Также внутри лежал кейс, набитый часами, покачивающимися взад-вперед, модные штуки танцевали в линейку под какой-то неведомый мотив. Ну еще была целая куча кожаных футляров для драгоценностей.

За ними он и пришел.

На этой ноте он снял верхний. Штука была больше его огромной ладони и обтянута красной кожей с тиснением и золотой каймой. Нажав на защелку большим пальцем, он открыл крышку.

Балз улыбнулся так широко, что показались клыки.

Но счастье-радость длились недолго, поскольку он посчитал ящики, которые все еще оставались внутри.

Было еще шесть, и по какой-то причине эта полудюжина новых возможностей утомила его. В другой раз в своей жизни он бы просмотрел каждую из них и выбрал самое ценное. Теперь ему было плевать. Кроме того, у него в руках лежал «Картье», и вес бриллианта находился в диапазоне от сорока до пятидесяти карат, с превосходной огранкой, цветом и чистотой. Как будто ему нужно больше?"

"И нет, он не собирался сгребать все. Главное правило — всего одна вещь, одна, при любом многообразии выбора. Это мог быть объект, куча вещей в контейнере или комплект, каким-то образом связанный между собой, пусть и слабо.

Например, в Старом Свете он украл карету с четырьмя идеально подобранными серыми лошадьми, пользуясь этой маленькой лазейкой в собственном правиле.

Итак, он берет только «Картье».

Поднявшись на ноги, Балз силой мысли закрыл и запер дверь сейфа. И пока он раздумывал, доставать ли ему свой верный набор агента 007, чтобы закрыть панель, секция стены опустилась и автоматически встала на место.

Мгновение все, что он мог делать, это смотреть на пустую белую плиту между смокингами.

Закрыв глаза, Балз почувствовал пустоту, которая…

— Что ты делаешь?

Услышав женский голос, Балз резко обернулся. В дверном проеме из спальни стояла хозяйка триплекса, прямо под одним из потолочных светильников, а это означало, что ее прозрачная ночная рубашка стала ну стопроцентно прозрачной.

Что ж, Мистер управляющий хедж-фондом, подумал Балз, у алтаря вы определенно сделали верный выбор.

— Что вы здесь делаете? — Балз ответил медленной улыбкой. — Вы двое должны быть в Париже.