Обнаженный любовник

Однако было более эффективно просто щелкнуть переключателем в человеческом мозгу и проскользнуть внутрь, как местная, хоть и смотрелась она как душистый горошек среди кристаллов «Сваровски».

И теперь она стояла среди толпы людей, одетых по последнему писку, их плечи бились о ее, запахи настойчиво вторгались в ее нос, как длинные пальцы, их возбужденное скандирование ощущалось как ядовитый дым, сгущающий воздух, забивающий ее легкие. Подвергнувшись ужасной сенсорной перегрузке, ее мозг попытался подняться выше, но сознание напоминало снежный шар, возбужденные мысли, кружа, захватили всю центральную часть.

Где Преподобный?

Заставляя себя успокоиться, Мэй пыталась высвободить свои инстинкты. Она понятия не имела, как выглядел мужчина и каково его настоящее имя. Но вампиры чувствовали вампиров за версту, и она не уйдет, пока не найдет его…

Толпа внезапно сместилась, люди, как перепуганный скот, закопошились по бетонному полу гаража… и когда Мэй попыталась уйти от происходящего, то внезапно обнаружила вокруг себя свободное пространство. Она стояла совершенно одна.

Посмотрев вниз, словно подумав, что в ее сумочке была бомба, которую она как-то упустила из виду, Мэй увидела две красные линии, нарисованные краской из баллончика на бетонном полу.

И оглянувшись, она поняла, что стоит прямо в начале длинного прохода в скоплении тел…

У Мэй перехватило дыхание.

Время замедлилось. Люди исчезли. Она даже не знала, где находится.

Вампир в дальнем конце парковки, который стоял к ним спиной и смотрел в ночь, был необыкновенным… и ужасающим…

Прежде чем она смогла сформировать какую-либо мысль, повсюду вспыхнул слепящий свет.

Ночное небо залил такой яркий и обширный поток света, словно Дева-Летописеца обратила свой гнев на землю.

А потом случился взрыв. И он был настолько разрушительным, что еще более сильная вспышка осветила гараж, белый свет ворвался внутрь со всех сторон, и по всему городу прокатился гром.

Но, несмотря на все это, Мэй смотрела только на мужчину.

Эта татуировка скелета на его широкой спине являла собой чистый ужас, и возникло ощущение, что мужчина ей не уступал …

Боец обернулся, и Мэй ахнула. У него были широченные плечи, огромные мускулы, и бедра крепче бетона, на котором он стоял.

Обнаженная грудь также была покрыта татуировкой, а на черно-сером пейзаже над грудными мышцами изогнулась костлявая рука, как будто выходящая из туловища. Словно он был проводником, через которого Дхунхд предъявлял права на своё.

— Назад!

И снова Мэй ошарашено поняла, что к ней обращаются.

Но затем чья-то ладонь схватила ее за руку… и на долю секунды мозг сказал ей, что это была рука бойца, идущего за ней. Мэй с криком подпрыгнула… и прежде, чем она смогла осознать реальность, ее оттащили назад.