Обнаженный любовник

Похоже, тот здоровяк еще не побывал в тебе. Девственница? Серьезно? Да у меня здесь сокровище. — Она снова улыбнулась. — Каждый парень этого хочет, трясущихся рук и выражения боли на лице. Сексуально, не скажешь…

— Ты не тронешь меня, — выдавила Мэй. — Потому что тебе нужна Книга.

Брюнетка замолкла, закрыла рот. А потом она крутанулась на каблуках и подошла к витрине с сумками квадратной формы, с двумя ручками и небольшими замками. Их было не меньше дюжины, Разных цветов и из разных материалов.

— Знаешь, — пропела брюнетка, — долгие годы я использовала девственников. Тс-с, не с той целью, о которой ты подумала.

Они требовалась для одного частного, не имеющего отношения к сексу дела… к сожалению, сейчас это не актуально…

— Я нужна тебе живой, — закашлялась Мэй. — Потому что я призвала Книгу. Я нужна тебе, чтобы заполучить ее.

Брюнетка, прищурившись, оглянулась через плечо.

— Не будь столь самоуверенной, милочка. У меня для этого есть иные ресурсы.

— Тогда убей меня. Здесь и сейчас.

Мэй закричала, когда давление стало невыносимым, кости на лице грозились расплющиться, ребра стиснули легкие и сердце, а таз едва не раскололся на части.

Она уже собиралась потерять сознание, но в один момент снова смогла втянуть воздух.

Когда взгляд начал понемногу проясняться, брюнетка снова оказалась перед ней. Она больше не выглядела взбешенной, скорее задумчивой.

— Отвечай, как ты это сделала?!

— М-м? — тяжело выдохнула Мэй.

— Взгляни на себя. Ты не уродлива, но и не стоишь особых усилий. У тебя нет вкуса, нет личности, нет никаких преимуществ, и опыта в сексе тоже нет. И все же… тот мужчина. Он на тебе зациклен. Не понимаю этого.

Когда брюнетка замолчала, Мэй сказала с силой в голосе:

— Этого ты хочешь от Книги? Не так ли?

— Нет.

— Ты лжешь.

Взгляд брюнетки обещал страдания. Бесконечные.

— Поцелуй меня в зад.

Боль и удушье накатили разом, и Мэй поняла, что переоценила свои возможности.

Это стало последней ее сознательной мыслью.

Глава 41

В это время в загаженном пригороде, Эрика, пригнув голову, зашла в трейлер. Внутри творился полный бардак, всюду раскиданы коробки от пиццы, смятые сигаретные пачки, пустые бутылки из-под алкоголя, захламившие кухонный гарнитур, пол под ногами, потрепанную мебель.

Неудивительно, здесь также была коллекция бульбуляторов, шприцев, полиэтиленовых пакетиков и кирпичиков, завернутых в мешки из супермаркета.

Тело растянулось на диване цвета навозной жижи. Жертвой был мужчина за двадцать, и он лежал на изношенных подушках, застывшее лицо с взглядом, устремленным вперед, единственная дыра от пули зияла почти в самом центре лба.

Когда взгляд опустился к его груди, а не на красное пятно на стене аккурат за его черепом, Эрика услышала слова своего сержанта, сказанные этим вечером.