Обнаженный любовник
Давно потерянный член Братства Черного Кинжала находит настоящую любовь и воплощение зла в Колдвэлле, штат Нью-Йорк.Сэвидж жил вне поля зрения в течение многих столетий, и у него есть все намерения оставаться «мертвым и погребенным». Но когда гражданская женщина втягивает его в опасную битву со злом, древним как время, сторона защитника в нем берет верх над здравым смыслом.Мэй потеряла все, и отчаяние толкает ее на столкновение с судьбой. Полная решимости обратить трагедию вспять, она идет туда, куда смертные должны бояться ступить, и сталкивается лицом к лицу с новым врагом Братства.С Сэвиджем Мэй обрела любовь, о которой не смела мечтать, но им не суждено быть вместе. Понимая, что их ждет расставание, они вдвоем объединили силы против того, что Мэй по незнанию выпустила на свободу… в это время Братство на пороге возвращения одного из своих, когда-то проклятого… а Зло клянётся сравнять всех с землёй.
Секунды перетекли в минуты, но она добилась лишь… лишь звука капель… и пронзительная неудовлетворенность накрыла ее с головой. Это было безумием, фантазией, порожденной ее отчаянием и желанием Таллы отплатить за службу мамэн Мэй. Тупик…
Талла достала что-то из большого кармана домашнего халата, костлявая рука протянулась через стол.
В дрожащих пальцах был зажат небольшой треугольный кусок чего-то похожего на пергамент, две его стороны были гладкими, как если бы они были отрезаны, а длинный край был неровным, как будто оторванный.
— Из Книги, — выдохнула Мэй.
— Я хранила это все эти годы.
При этом Талла положил фрагмент на серебряное блюдо…
Вспышка была такой яркой и горячей, что они обе оттолкнулись от стола, рука и запястье Мэй вдруг загудели от внезапного жара, ритмичная пульсация боли в ладони не имело ничего общего с порезом от ножа.
Во всем коттедже замерцало освещение, ветер порывами забился в окна.
Свет померк.
Стул Мэй рухнул на пол, когда она вскочила на ноги.
— Талла, что происходит…
С другой стороны стола послышался писк, а затем тошнотворный звук падения тела пожилой женщины.
— Талла! — Мэй пробиралась через стулья, натыкаясь на них, отбрасывая в сторону в какофонии шума. — Где ты…
Внезапно свет снова включился. Никакого мерцания электричества. Шума снаружи. Талла лежала на полу без сознания, ее глаза закатились, белки светились, как будто она была одержима…
Со стоном и резким вздохом, пожилая женщина пришла в сознание, на ее морщинистом лице отразился шок. Затем она подняла голову и огляделась по сторонам, словно не понимала, где находится.
Мэй опустилась на колени и осторожно взяла ее морщинистую руку.
— У тебя все нормально? Давай отвезем тебя в клинику. У меня есть машина…
Талла откашлялась и покачала головой. Затем она отмахнулась от беспокойства Мэй.
— Я в порядке. Я в порядке… — Эти глаза метались по сторонам. — Я не знаю, что случилось… поможешь встать?
Взявшись за тонкую руку женщины, Мэй затащила Таллу обратно на ее стул. Затем потянулась за своей сумочкой.
— Я позвоню в клинику и скажу им…
— Нет-нет… — Талла остановила неуклюжие руки Мэй.
Мэй уставилась на женщину, ища признаки замешательства или… Боже, она не знала что. Она же не врач. Но время шло, а Талла оставалась в вертикальном положении и, казалось, пребывала в здравом уме.
— Знаешь, возможно, я ошибалась, — с поражением сказала пожилая женщина.
— По поводу?
— Всего, — Она обхватила голову руками. — Я устала.











