№333, или Притворись, что любишь 2

Но если бы не признания Киры, я бы никогда даже не подумала, что он бабник, ведь налево за полгода так ни разу и не сходил. Тут, конечно, сыграло на руку и то, что я хорошо знаю свою роль. Меня учили, как держать фокус внимания на себе, и я без зазрения совести пользовалась полученными навыками просто потому, что мне нравится всё время быть в его мыслях. Это льстит, заводит. Быть центром его мира стало для меня главным приоритетом.

Мы с ним ладим и даже очень. Однако мне просто невероятно страшно довериться даже ему. Я не привыкла доверять.

«Господи, как же страшно…»

Список… Натан хочет список моих страхов, но он понятия не имеет, что будет в этом самом списке. Получив его, будет ли он всё еще меня любить? Я очень в этом сомневаюсь.

Чувствую себя улиткой, которую выковыривает из домика злобный мальчишка.

Я к тому же очень трусливая улитка, ведь до сих пор так и не рассказала ему про свой главный секрет. Секрет по имени Аня. Боялась, что не поймет, да и не нужно было. Натан не контролирует мои передвижения, спокойно относится к желанию побыть с подругой, вот я и не сказала ему про дочь. Смысла не было его тревожить. Теперь же скрытность и желание защитить ребенка сработали против меня, против нас.

Как нормальный мужик отнесется к тому, что я полгода скрывала наличие дочери?

Как минимум взбесится, как максимум решит, что я брехливая стерва, которая врала ему на каждом шагу. Он и так часто зовет меня стервочкой, хоть и с любовью, а это о чем-то да говорит! Мужчины в принципе не любят воспитывать чужих детей — это догма. Любая мать-одиночка скажет, что наличие ребенка действует на мужиков как отворотное зелье.

Кстати, в моем случае существует вариант развития событий и похуже этого.

«Что, если он ее не захочет? Если скажет так же, как Роман, „мы заведем своего ребенка, а Аню пусть удочерят?“»

В этот самый момент я, наверное, умру…

Я давно разучилась верить людям, особенно мужчинам, тем более джентльменам клуба «Всемогущие». Но чего уж греха таить, периодически мечтала, что найдется кавалер, который сможет по-настоящему меня полюбить, принять мою дочь и спасти нас.

Свои чувства в мечтах я в расчет не брала, ибо они для меня — роскошь, без которой можно обойтись. Главное — выжить, главное — Аня… А сейчас и чувства есть, и рыцарь найден, только он не в курсе дела, что спасать надо не только принцессу, но и ее девятилетнюю дочь, которую она завела по малолетству от морального урода. Но Аня ведь не уродка. Она очень хорошая, добрая, ласковая, она умница, учится хорошо. Она фотографом хочет стать…

«Так, рыжая улитка, — приказываю себе, — хватит разводить нюни, просто скажи ему про дочь!»

По большому счету смысла в моих метаниях нет никакого. Натан либо примет факт существования Ани, либо нет.