40° по Валентину (СИ)

Но спирта не оказалось, на что папа весело хрюкнул, потирая лоб:

— Пропили, да, батенька?

— Вообще-то его нельзя пить, — проворчал Валик, а в голове вдруг пронеслось ехидное ебанатское: «Бу-бу-бу».

В итоге мама, еще раз сказав Варе, что она наказана и сладкого ей не дадут еще и завтра, замазала папу тональником, и они уехали. Как только Валик закрыл дверь, Варя, надутая, вышла из комнаты.

— Покажи, что там, — сказал Валик. — Что это такое?

— Селдечко, — ответила она не без гордости.

— Ты сама рисовала? — Валик быстро сравнил в уме кривой цветочек и ровное, выебистое даже, сердце и понял, что сама она такой прорыв в области живописи не осилила бы.

— Сама.

— Варя.

Варя надулась еще сильнее и засопела:

— Сама.

— Макар помогал? Не бойся, я его ругать не буду, — пообещал Валик. — Ладно, вот руку вы изрисовали, а папу ты зачем нам испортила? Ему ж на праздник ехать.

— Я думала, ему понлавится, — вздохнула Варя.

Взяв с нее слово больше так не делать, Валик, несмотря на запрет, отрезал ей кусок орехового рулета и включил «Свинку Пеппу». В своей комнате он сел за стол, некоторое время смотрел на матовый черный картон без единого намека на то, что может скрываться внутри, потом осторожно открыл, глядя на продолговатый носик чего-то не менее продолговатого. Однако то, что по форме было похоже на большую, очень большую анальную пробку или дирижабль, по факту оказалось лавовой лампой. Включив ее, Валик залип на перетекающих внутри пузырьках.

— Вау! — сказала Варя, оказавшись рядом, как всегда, бесшумно.

Они залипали еще вместе, прежде чем Валик выключил лампу и отправил Варю обратно."

"«Спасибо за дирижабль. Прикольный. Только я тебе ничего не подарил», — написал он Макару, который ответил почти сразу: «Ты сделал подарок своими руками».

За этим следовало пояснение — смайлики в виде указывающего на сложенные кольцом пальцы и сообщение: «Не за что, умник, и тебе спасибо за твои нежные руки. Каким кремом ты пользуешься? Посоветуй мне тоже, а то скоро мозоли натру. Ты ж уматываешь опять».

«Купи вазелин».

«Это типа предложение?»

«Это типа иди на хер) Мне собираться надо, пока».

Макар наслал ему на прощанье целую отару разноцветных сердечек, будто восторженная семиклассница. Валик, скрепя сердце, тыкнул в ответ одно, но большое, сам с себя охренел и быстро удалил сообщение.

«Это типа посмотрел и хватит?))» — отреагировал Макар.

«Ага. Чтоб не привыкал».

Валик отложил телефон, включил лампу и принялся убирать со стола книги. Сегодня еще нужно было сходить на общий сбор вечером, а послезавтра — выезд. И Валик пока не знал, как вести себя во время отъезда, если уезжать не хочется.

Было в жизни две вещи, которые Макар совершенно точно мог делать с легкостью: болтать с любым, даже незнакомым человеком и покупать гондоны.