40° по Валентину (СИ)

Валик закрыл глаза, провел ладонью до лобка, потом снова к головке, чтобы придавить пальцем пирсинг, который ощущался сейчас сильнее.

— И трахать тебя, умника, пока ноги не разъедутся. А еще хочу, чтоб ты мне…

— Отсосал?

В телефоне стало тихо на миг, затем последовал резкий вдох, и Валик, входя в раж и увеличивая скорость движений рукой, сказал шепотом, потому что дверца первой кабинки открылась:

— Да. Хочу.

— Валечка ты ебучий, — сорванно прохрипел Макар и издал тот самый низкий звук, который Валик слышал, когда проводил ногтями по его спине.

От воспоминаний о горячей коже под пальцами сладко заныло везде, где только могло, кто-то включил воду, и Валик, с трудом сдерживаясь от оргазма «вслух», задержал дыхание.

— Полегчало? — спросил Макар спустя минуту, тоже уже на лайте, когда услышал, как Валик борется с дозатором мыла у раковины.

— Ты ебанат, Макар.

— Ага. Тебе это на пользу.

— Я в лабораторию, пока.

— Пока, Валечка. А я курить. Ты же умник, ты там всех сделаешь.

Перед отъездом все разбрелись покупать сувениры. Валик, конечно, взял первое место, индивидуальный приз в виде навороченного микроскопа и приз для универа в виде хорошей денежной суммы на покупку нового оборудования.

— Третье командное и четвертое в одиночном! — радостно сообщил Калмык, с которым они встретились после объявления результатов в зале, где еще около часа закрывали программу народными плясками и песнями. — Подарили каждому по сертификату в «Спортмастер», как раз кроссы нормальные куплю. Пошли магнитики покупать?

Вместе с Калмыком они шарахались до темноты, накупили ерунды вроде сладостей, половину которых Калмык сожрал в поезде, магнитиков, фигурок. Маме с папой Валик нашел диск с песнями татарской эстрады и чувяки, Варе — плюшевого коня, как и Антону, а Макару долго думал, что привезти. Образ татуированного ебаната никак с чувяками, татарской эстрадой и конями не вязался, и только за полчаса до поезда Валик нашел в сувенирной лавке футболку с Рудольфом Нуриевым.

— Это кто? — уставился на лицо вдохновленного мужика Калмык.

— Танцор, ты что, не знал?

— Не-а. Тебе виднее, кто там, я пока по танцоршам.

К Нуриеву легла толстовка «Татарлэнд», Валик еще раз оглядел магазин и зацепился взглядом за часы.

— Мы опаздываем, блин!

На поезд успели, но Калмык все равно остался недоволен:

— Я пиалу еще купить хотел, для Антохи. Чтоб чай хлебал. Ладно, из кружки попьет.

Ебало первый день не болело, заболело на второй. Макар ибупрофены пачками жрал и мазал фейс какой-то херней, которую ему мамка купила. Подрался, конечно, громко сказано — скорее посрался. Ярика, обычно тихого, получилось заткнуть только с помощью правой руки.