А в мечтах ты моя

Юлька-то ретировалась. Значит, все дела вы переделали?

Отказывать ему теперь, зная, что он для нее сделал, было как-то совсем уж невежливо. Понимая, что сильно рискует, Дуня неуверенно кивнула.

– Ладно. Я попрошу пересадить меня за ваш стол. А что ты хотел увидеть?

– Где? – не понял Краснов, забирая из ее рук плед и возвращая его хостес.

– В моей машине.

– Ну, для начала неплохо было бы понять, почему не сработали подушки безопасности.

Дуня удивленно вскинула брови. Ей самой даже в голову не пришло над этим гадать. Ну, не сработали – и не сработали.

– Наверное, их просто заклинило.

– Странная недоработка для тачки, которая, между прочим, под сотню стоит. Тысяч американских долларов, – усмехнулся Краснов, практически один в один цитируя ее жениха. Дуня почувствовала, как от досады у нее тяжелеет внутри. Почему-то стало так стыдно… За собственного мужика стыдно. Особенно на контрасте с другим мужиком.

– И на старуху бывает проруха, – холодно заметила Дуня, раздумывая над тем, как бы ей все же отмазаться от продолжения вечера. И, как будто почувствовав, что она готовится слиться, Краснов замахал руками:

– Глядите, кого я все же поймал. Хотела сбежать, но я пообещал, что в нашей компании ей скучать не придется.

Тамерлан, который был вовсе не Тамерланом, а Иннокентием Коганом[2], оживился. Галантно вскочил и, не дожидаясь помощи от официантов, принялся сдвигать тарелки. Дуня в который раз поразилась тому, как он изменился. Из дистрофично худого, откровенно нелепого, невзрачного мальчика превратившись в обаятельного мужчину с просто убийственной харизмой.

– Можно считать, у нас двойное свидание? – усмехнулся Там.

– Скорее, дружеская встреча.

– Ты разбиваешь мне сердце.

– Ничего не могу поделать, Иннокентий. Ты опоздал, – поддержала шутливый тон беседы Дуня.

– Да-да, я слышал, что ты собралась замуж, но этого ведь пока не случилось, так что… – хулигански подмигнул он.

– Становись в очередь, Коган, – тоже вроде бы шутливо парировал Краснов, подливая вино в бокал. Но когда их с Дуней взгляды встретились, тот выглядел убийственно серьезным. Там, ничего такого не замечая, захохотал. Ветка бросила, что пойдет припудрить носик, выбралась из-за стола, плохо скрывая свое раздражение. Они остались втроем, когда у входа началась какая-то суета.

– Что там происходит?

– Сёма! – в зал влетела всклоченная Юль Санна.

– Ты же пошла домой… – изумилась Дуня.

– Скажи мне, что твой танк прорвется до больницы!

Вся расслабленность слетела с Краснова в одно мгновение:

– Думаю, да. Случилось что-то? С детьми?

– Да нет! Типун тебе на язык. Вон… Хозяйка наша рожать удумала.

– Мариам?!

– А то кто?! Звоню в скорую, а те, представляешь, заявляют мне, что не поедут.