А жизнь была совсем хорошая

Последний и самый верный друг.

Слишком все у них теперь разное. Слишком.

Ах, если бы он смог так! Так, как смог его друг. Отрезать, отринуть, перечеркнуть и… начать все сначала, вот так, например.

А ведь понимал, что так не сможет. Не потому, что на долю Степана выпало больше испытаний, больше страданий. У каждого, знаете ли, своя мера, и каждому по его силам… Что и чем, главное, мериться? А просто вот именно так не сможет – никогда. Потому, что так надо… С самой глубины, с самого донышка души и сердца. Поверить. Иначе – ничего не получится.

А он не может. Несчастный человек… Наверное.

А жить было надо. Жить, выживать – как угодно. Словом, существовать – покупать еду и сигареты, платить за квартиру, подкупить какие-то шмотки. Поменять, например, старый телевизор – советский, громоздкий, ламповый. И не оттого, что устарел морально – черт бы с ним. А просто толком ничего не показывал, да и звук как из могилы.

Сел и стал думать. Потом прошелся по квартире. Прилег. Эффективности не прибавилось – ноль. Зеро, как говорили в Америке.

Ну вот что он может и на что способен? Немолодой и неудачливый сценарист. Из полезного – только водить машину, пожалуй. Этот опыт таксиста бесценен. Но Москва – это вам не благочестивая и законопослушная Америка. Пару часов в московских пробках – и ты психический инвалид. Можно вставать на учет в ПНД.

Позвонил от нечего делать Жанке. Та, как водится, обложила его шестиэтажным:

– Дурак, сволочь. И чего тебе не хватало, кретин? Впервые ведь жил как человек!

Он что-то мямлил в ответ, а она и не слушала:

– Все твои доводы, блин! Хотя… если ты думаешь, что ты меня сильно удивил… В общем, не ной и не кряхти. И не звони. Надоел!

А потом прислала триста долларов. Смешная баба! До сих пор – загадка для него. А ведь такая простая, такая, казалось бы, примитивная. Андрей знал – прислала от сердца. Но… Стало так невыносимо стыдно, что… Доллары он отправил обратно. Минус процент за пересылку. Ничего, переживет.

Потом засел за газетенки с заголовком «Приглашаем на работу»."

"А там – смех один. Эти дохлые изданьица, сильно пачкавшие руки, пытались убедить его, что в принципе он может уже медленно ползти на кладбище. Или – не очень медленно. Но верно. Мужчины (да и женщины тоже) в возрасте после сорока лет не требовались. Не требовались! Нет такой прослойки населения в стране.

Устроился курьером – возить лекарства. Сколько раз в день прокатишься – столько и заработаешь. Рублей пятьсот в день – вполне. И пятьсот рублей тоже, извините, деньги. И на «пожрать» и на «покурить». И даже на «выпить»: две бутылки недорогого пива – пожалуйста!

Вдруг однажды вечером, дома, захотелось взять ручку и пару листов бумаги.