Абсолютный игрок

Огненные язычки и струи – удивительный эффект ментальной речи чужанина – сложились в новые слова:

«Мы… есть… познаватель… любить… бездонность… размышление… вечность…»

«Он один из познавателей-одиночников, о которых упоминал Мэджик, – сообразила Ванесса. – Хотя я не думала, что ими могут быть чужане. Что он здесь делает? Что можно познавать, изучать вдали от объектов изучения, сидя на горе? Не пустое же пространство?»

«Оглянуться…»

Влад и Ванесса одновременно оглянулись.

Сначала им показалось, что за горизонтом начался пожар, потом – что встает вторая звезда системы, освещая своими лучами редкие облака, и лишь спустя несколько секунд ходоки поняли, что видят Стенку Космориума.

До этого мгновения она была скрыта от взора, так как планета была повернута к ней другой стороной.

Люди молча смотрели, как растет над горизонтом стена светящейся вуали, молчал и чужанин, как бы давая своим гостям время на осмысление факта.

«Куда же нас занесло! – задумчиво проговорила Ванесса. – Кому понадобилось проводить ветку метро в такую даль?»

«Мои… друзья… проводить… – ответил чужанин. – Много… время… очень…»

«Зачем?»

«Этот материальный… объект… база… «Контр-2»… тайна… для враг… мои друзья…»

«Ты хочешь сказать, что здесь находится секретная база сети «Контр-2», которая воевала с ФАГом? Когда же она построена?»

«Наверное, еще до появления Стенок», – предположил Влад, вспомнив записи из «Свода истин».

«Это… есть… правильность…»

«Ну хорошо, допустим, в недрах этого планетоида прячется бывшая земная база, что, кстати, можно было бы предугадать, коль уж мы попали в сеть коммуникаций антифаговской коалиции. Но что здесь делает чужанин? Неужели ему интересно быть сторожем базы?»

«Он познаватель, – обронил Влад.

 – К тому же здесь рядом Стенка. Наверное, ему есть над чем размышлять».

Огненные ленты перестали извиваться перед мысленным взором людей, растаяли и цветные всполохи, зато из тонких шумов пси-эфира выплыл вибрирующий, гортанно-металлический, нечеловеческий голос, сначала невнятный, потом быстро прошедший все тембры и ставший почти человеческим, теплым, мужским:

«Извините меня за акцент, теперь мы можем говорить с достаточной информационной полнотой, ко мне подключились почти все мои «я».

Меня зовут Морион, я друг Габриэля Грехова и многих файверов, а здесь я стою по просьбе Габриэля, который предсказал ваше появление. Не стесняйтесь, спрашивайте, что вас интересует, отвечу, если смогу».

«Грехов… предсказал наш выход?!»

«Может быть, я неверно выразился, он не предсказал, а знал. И просил меня помочь вам, если понадобится».

«Кто же он тогда? Бог?!»

«Ну что вы, он человек, находящийся в состоянии абсолютной свободы, для которого теряется смысл самого понятия «свобода».