Абсолютный игрок

Влад подхватил с земли мешок, и они побежали вслед за исчезнувшей Ванессой, взявшись за руки – неосознанно, в порыве взаимного притяжения, даже не заметив этого.

Однако уже через минуту тревожное чувство заставило Влада прислушаться к пси-шуму погони, и он вспомнил, что у него на плечах есть голова.

«Стойте! – выдохнул он, обгоняя и преграждая путь Ванессе. – Их надо задержать; пока мы будем карабкаться вверх по склону распадка, нас перестреляют, как зайцев!»

«Мы бежим быстрее», – возразила Ванесса, с некоторой озабоченностью поглядывая на Улыбу, все еще горевавшую по своим односельчанам.

«Ручей впереди поворачивает обратно и уходит под землю. Дальше – тот же склон, почти голый».

«Что ты предлагаешь?»

«Подождите минуту… – Влад закрыл глаза, прислушиваясь к тихим звукам окружающей их природы, и наткнулся на ответное ментальное ощупывание располагавшегося поблизости живого сложного организма. – Помогите мне, просите помощи, пожалобней, тоскливо, со страхом…»

«Здесь кто-то есть? Я чую чье-то присутствие…»

«Это рой шашеней, – откликнулась Улыба. – Здесь их гнездо».

«Шершни, – перевел Влад слово на геянский язык.

 – Попробую с ними договориться». Он снова зажмурился, напрягся, в то время как спутницы «жалобно просили помощи», постоял несколько долгих секунд, ставший далеким, чужим, собранным (у Ванессы мурашки побежали по спине), и открыл абсолютно черные, быстро светлеющие глаза.

«Все в порядке, побежали, нас они не тронут».

Женщины бросились за ним, и через несколько десятков шагов они выбежали к подножию невысокого холма, окруженного перьями молодого папоротника. На вершине холма росли три ветвистых вяза, образовав треугольник и склонив к его центру вершины, а под этим своеобразным шатром висел полупрозрачный, ячеистый, янтарный под лучами Солнца, диаметром в три человеческих роста шар, вокруг которого вились взблескивающие дымные струи.

И лишь приглядевшись к струям повнимательней, Ванесса поняла, что это вьются обитатели янтарного «замка» – шершни. Каждый из них был величиной с палец человека, а его укус мог свалить с ног едва ли не любого лесного зверя, но главная опасность таилась не в этом: колония-рой шершней обладала разумом, и, стоило этому нечеловеческому разуму решить, что его дому угрожает опасность, агрессора ждала верная смерть.

«Не задерживайтесь, – поторопил спутниц Влад. – Этих черно-золотых малышей волнует присутствие любых непрошеных гостей»."

"Беглецы поспешно миновали холм, прислушиваясь к грозному гудению гигантских насекомых (к гудению примешивался и угрожающий гул нечеловеческого сознания роя), некоторое время бежали по берегу ручья и по знаку Влада начали взбираться на склон распадка, петляя между валунами и узловатыми соствольями подграба.