Ад u0026 Рай

И пусть последний нищий ведал, кто накатал в Службу тайных ликторов анонимный папирус на Ирода][70], защищать тетрарха желающих не было. К чему? Цезарь отправлял людей на крест и за меньшие прегрешения.

– Срочнее не бывает, – дрожащим голосом сказал Зоровавель. – Видишь ли, тетрарх… у меня появилось много насущных проблем.

– Ничего подобного, – прервал его Антипа. – У тебя нет никаких проблем. Или ты забыл об указе цезаря, запрещающем горевать?

– А, ну это конечно, – поспешно согласился Зоровавель. – Моя основная проблема – мне живётся под властью цезаря так замечательно, что я начал изнемогать от счастья.

Лишь вследствие этого изнеможения хочу, тетрарх, просить тебя о небольшом отпуске. Мне крайне необходимо уехать из Ерушалаима в Паннонию, попить для спокойствия минеральные воды. Не далее как вчера, меня посетило очень странное и яркое видение. Я потрясён.

Ирод Антипа хрипло закашлялся – в лёгких скопилась жидкость. Он протянул руку к кувшину у постели: первосвященник подал ему питьё.

– О, видения бывают очень серьёзные, – произнес тетрарх, отхлебнув из сосуда. – Например, однажды я увидел во сне будущее…

Зоровавель сдержал нервную дрожь.

– Будущее? – взвизгнул он фальцетом. – Да вы тут что, все сговорились, что ли… Тебе явились во сне чудеса Кудесника?

– Кудесника? – с недоумением переспросил Ирод. – Этого шута из Назарета, которого распяли дураки-римляне? А с какой стати? Мужик вообще был не от мира сего. Помнишь, как Кудесника доставили ко мне? Слышал байки, он удачно показывает фокусы с водой и вином: попросил показать, а тот мне даже не ответил. Пришлось переодеть парня в белые одежды и отослать к Пилату с запиской – «Не вижу в нём никакой вины»[71].

Нет, видение было другим. Мне приснилось, что цезарь выгнал меня из Ерушалаима и отправил в ссылку. Но сам посуди – разве такое может случиться взаправду? Это ночной кошмар."

"– Ох, да разумеется, не может, – перевёл дух Зоровавель. – Короче, я про отдых. Отпусти меня, тетрарх. Переработал я. Сижу себе мирно у Анны, ведём богословскую беседу с Эмилианом, а тут – вот не соврать! – из воздуха появляются злобная ливийка и парень с крыльями. И тут эта ливийка, не сказав «добрый вечер», центуриону ка-а-а-а-а-ак врежет камнем по шлему! Звон на весь Синедрион пошёл.

– Это очень жёсткое видение, – согласился Антипа. – И главное – какое реалистичное! Пилат вчера прислал мне папирус – Эмилиан так и не пришел в сознание. Я не выразил ему сочувствия. Хвала Риму, цезарь официально провозгласил позитив, и я теперь могу не огорчаться, если какой-то римлянин получит по башке. В остальном – твоя одежда, о первосвященник, попросту источает дым от корневищ волшебных растений.