Ад u0026 Рай

Давай вбросим в прессу информацию: мы готовы заплатить за тест ДНК. Столько, сколько стоит ведущий нефтяной концерн. Ты знаешь этот город и его жителей. От такой суммы им сложно отказаться.

Блондин отрицательно покрутил головой. Чисто машинальное движение, ведь собеседник не мог его видеть. Да, «Братство Розы» обладает огромными денежными средствами. Хотя бы потому, что главная база братьев – в самом богатом городе мира, тут даже воздух насыщен запахом денег. Москва распухла от долларов, роскошные иномарки жмут друг друга боками, с трудом протискиваясь на шоссе, предметов роскоши здесь раскупают больше, чем в Лондоне или эмиратах шейхов, очумевших от нефти. Москва – их проклятие, боль и ужас. И он не скажет вслух, почему, те трое – и так это знают. Им ведомо и другое – изначально их было ПЯТЕРО. Они составили костяк «Братства Розы» – Совет Мёртвых. Имя ПЯТОГО называть нельзя. Все братья равны – как четверо царей, и главного нет между ними.

– Ты ошибаешься, брат, – вновь покачал головой блондин. – Такую акцию способен провернуть только очень богатый человек. Да, он понятия не имеет о «Братстве»… Но церковь – это контора со средствами. Они могли заплатить не меньше нас – однако к ним никто не обратился. Реклама и реклама, массивный вброс каждый день. Тебе известно, сколько это стоит в Москве? Билборды, перетяжки на улицах, люди-«сэндвичи», клипы в маршрутках… все это видят. И постепенно привыкают – скоро обязательно ЧТО-ТО произойдёт. Соратники «Братства» начали негласные проверки бизнесменов – пока с состоянием от ста миллионов баксов. Но тут-то и проблема – в этом городе таких людей можно встретить даже в метро…

Юзерпик «тьма» мигнул.

– Да, ты прав, – наполнил купол голос «тьмы», он шипел, как пена шампанского в бокале. – Тут настоящий Ад. Даже не надо спускаться в Преисподнюю, чтобы убедиться. Мы держим в руках нити управления, но… кто сказал, что это счастье, брат? Жить здесь – проклятие.

…Блондин закрыл глаза. Пространство сделалось чёрным, поглотив красную звезду над Кремлём. Он увидел великую войну, и битву – такую, что на её фоне Гавгамелы, Аустерлиц и Сталинград можно сравнить разве что с йогуртом. Почувствовал горячее дыхание врагов, услышал вопли поверженных братьев, ощутил жар огня, ударившего в лицо. Они так верили в свою победу в той войне – а ведь сейчас, по прошествии стольких лет, это представляется настоящим безумием, более того – чудовищной глупостью. Вспышки света. Доспехи, длинные волосы, пламя и молнии. Долгий, отчаянный крик – и пустота. ЗАБВЕНИЕ. Битва проиграна, и теперь им осталось влачить жалкое существование – по крайней мере, так они думали раньше… Шанс, что выпал «Братству Розы» сейчас, предоставляется раз в миллион лет. Или даже реже, кто знает.