Адаптация
Иногда приходится адаптироваться к чужому миру и привыкать к чужим правилам. Вот и героине пришлось искать способ устроиться в новом мире. Главное - не очень увлекаться, ведь то, что тебе казалось чужим и непонятным, однажды может стать самым дорогим. Или тот...
Вольнодумцы только что проснулись, некоторые из них бродили по территории, кучкуясь возле уличных умывальников под тентом, парочка дежурных в фартуках перемещалась вокруг столов, расставляя посуду, кто-то стоял на выходе из палатки, зевая во всю пасть, в общем, лагерь жил своей привычной жизнью.
Парфен шел так, будто никого не видел. Когда они нас заметили, то не сказать, чтоб удивились, но насторожились совершено точно. Подозрительных людей видно невооруженным глазом – они напрягаются, распрямляют плечи, голову наклоняют вперед и всегда смотрят пристально. Вот, все вольнодумцы именно так себя и вели.
Я постаралась соответствовать, хотя почти сразу же почувствовала себя под их изучающими взглядами довольно скованно. Ну и пусть мои движения деревянные - ну не могу я так просто отодвигать в сторону страхи и подозрения, как некоторые, даже чтобы сохранить лицо. Шпион, короче, из меня ни к чёрту.
И ещё Парфен не предупредил о том, как нужно себя вести. Что можно говорить и делать, а что не стоит.
Парфен равномерным шагом пересёк территорию лагеря и остановился только у входа в палатку, которую перегораживал большой человек в форме, сложивший руки на груди. Людей такой комплекции в моём окружении принято было называть гориллами. Форма, кстати, раскраской напоминала камуфляж, но почему-то в темно-красных и багровых тонах.
- А где главный злодей? – в лоб спросил Парфен игрока, перегородившего проход.
Мне слегка поплохело. Вернее, мое самочувствие неожиданно ухудшилось. Хоть первый вариант используй, хоть второй – результат одинаковый.
- А чего тут забыл кисеец? – вместо ответа на вопрос басом поинтересовался охранник, вставший на нашем пути.
- Дак тут зона поиска, Росяные земли, - не моргнув глазом, соврал Парфен.
Кажется, охранник покраснел, по крайней мере, лицо его по цвету приблизилось к гамме костюма.
- Так где злодей-то? – повторил Парфен.
- Тут он я, - раздался голос из глубины палатки.











