Аферист

Машина пронеслась по мосту, выпрыгнула на левый берег и помчалась по широким проспектам, удаляясь к окраинам города. С каждым оборотом дорогих немецких колес мое беспокойство нарастало. Надежда на то, что все произошедшее – совпадение, уже растаяла, как весенний снег, не оставив после себя даже маленькой лужицы.

В окнах замелькал наводящий самоубийственную тоску своими унылыми серыми многоэтажками и бронированными сигаретными киосками спальный район Киева. Троещина? Похоже. Киевский Гарлем. Как-то я себя в центре уверенней чувствовал… Хоть бы объяснили, в чем претензия.

А то вывезут за город, зароют – и знать не буду за что? Беспокойство нарастало. Когда вдалеке показалась лесополоса, я был близок к панике. Но мы свернули в другую сторону. К кладбищу. Все, финиш. Нет, въезжаем в поселок.

Наконец наше путешествие подошло к концу. Мы миновали красивые кованые ворота и въехали во двор большого двухэтажного особняка, который был окружен огромным трехметровым забором из красного кирпича. Сам двор был выложен камнем. «Мерседес» остановился, и сидящие по бокам от меня братки выскочили наружу.

Лишь тут я заметил, что за нами следовала еще одна машина, красная «девятка».

– С вещами на выход, – неожиданно проявил чувство юмора бультерьер, тыкавший на Главпочтамте в меня пистолетом. – Иди в дом.

Я вышел из машины и обернулся к одному из сопровождающих.

– Может, все-таки объясните, в чем…

Договорить я не успел, и причиной тому был удар в скулу. В голове будто взорвалась граната, в глазах потемнело, и я еле устоял на ногах.

– Щас тебе все объяснят.

Из машины вылез водитель, и я еще раз поразился его габаритам.

Метра два ростом, метра три в ширину. Вельветовый пиджак, обтягивающий широченные плечи и явно шитый на заказ, сидел на нем хорошо, правда, выглядело это так, словно его натянули на скалу. Каменное лицо неандертальца с широкой квадратной челюстью и выдвинутыми надбровными дугами не выражало никаких эмоций. Итальянец Чезаре Ломброзо, увидев такой экземпляр, сошел бы с ума от восторга и немедленно поставил бы его на обложку своей книги о преступном типе человека. Где вообще его нашли? В музее антропологии?

Меня втолкнули в комнату, и человек-гора молча застыл за моей спиной.

В комнате находился один-единственный человек, и я с ужасом понял, что знаю этого человека."

"Седой! Вор в законе или же просто «законник». Человек, носящий высшее звание в криминальном мире и находящийся на вершине преступной иерархии. Пепельные короткие волосы, колючий и режущий, словно проволока «запретки», взгляд. За расстегнутой на груди черной рубахой виднелись синие купола церквей. Минимум три.