Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Шайн расстроился — в доме было две маленькие девочки, которые не доросли для того, чтобы их уже отправили в Лагерь, но замашки у юных леди были вполне в духе госпожей.

Однако все оказалось не так страшно. Нэйя спасла мать одной из юных обитательниц Дома Маргойлин, позвав их обедать. Рыжика же просто полапали, пообещав в следующий раз отыметь, если он снова вздумает пойти с девочками, не догадавшись послать кого-то из мальков за ""помощью"". Дело в том, что оспаривать приказы рабы не имели права, даже если те поступали от семи-восьмилетнего чуда с невинным выражением на милой мордашке, потому что это самое ""чудо"" было женского пола, а вот что могло прийти в голову такой очаровашке — никому не известно.

Для игр им полагались ровесники, а никак не взрослые парни.

Правда, Нэйю вновь повезло — одна хотела играть в ""Старшую госпожу"", вторая решила применить свой парикмахерский талант. В результате Нэйклийанэ почти полтора часа изображал лошадку, безбожно пинаемую пятками по ребрам, а его рыжую ""гриву"" теперь украшало множество бусинок и заколок, которые можно было выбрать, лишь выдрав вместе с медными прядями.

А еще он радовался безмерно, что кое-что из одежды ему тоже оставили на время перевоплощения в коня, не догадавшись, каким образом можно более надежно пристроить ""хвостик"" из стыренного, видимо, у матери флоггера, и засунули его ему сзади в трусы, чтобы держался. Будь девчушки постарше, таким невинным способом Рыжик бы точно не отделался. Облегчение от того, что так легко отделался — подумаешь, поясница ноет, синяки на ребрах и колени содраны чуть не в кровь (спасибо, что еще не заставляли участвовать в ""забеге"" на время), зато задница цела, да и остальные части тела тоже — немного омрачалось предстоящими часами распутывания огненного золота волос. Иначе потом вся эта ""невозможная красота"", как выразилась одна из его экзекуторш, сваляется в колтун, и тогда уж точно останется только подстричься.

Шайну было невесело.

Побывав в спальне госпожи Кэйтайрионы, он не мог отделаться от чувства, что, несмотря на то, что Кэйт упорно гнала его прочь, почему-то не хочет, чтобы про него забыли.

Даже если остался всего месяц или два-три дня до того, как его продадут, это время хочется провести у ее ножек. Совершенно нелогично, но тем не менее.

[Наверное, это случилось из-за того, что Шайн видел ее спящей, совершенно не похожей на ту надменную холодную красавицу, которая проплывала по дому или заглядывала в гарем, чтобы поманить движением пальчика кого-то из рабов. Что-то в ней было такое… живое, настоящее.