Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Брызги воды, разбивающиеся о стенки и поддон большой душевой кабины, и его собственное шипение сквозь стиснутые зубы, перемежавшиеся еле различимым: ""тляяяя…"", заглушали посторонние звуки.

Несчастную спину, несмотря на то, что он обливался чуть ли не ледяной водой, все равно нещадно жгло. И сейчас, поврежденную кожу, еще больше раздраженную попаданием смываемого пота и жидкости, щипало так, словно на нее лили не воду, а уксус. Розовые струйки крови, смываемые водой, становились все бледнее, исчезая в сливных отверстиях поддона.

— Подвинься, раб."

"Шайн вздрогнул от неожиданности и тут же отпрянул в сторону:

— Да, госпожа.

Я уже закончил, — поспешно доложил он, выключая воду.

Полностью обнаженная Кэйт грациозно перешагнула порожек и задвинула стеклянную дверцу, отрезавшую прижатому в угол Шайну, путь к отступлению. А он, замерев возле регулирующего механизма, судорожно пытался сообразить, что ему теперь делать?

Госпожа ""услышала"" его мысли и пришла на помощь, подсказав:

— Включи воду.

Шайн мгновенно открыл кран, и был награжден оглушительным:

— Ааай!!! — заметавшимся в стенах кабинки.

 — Выключи!!!

— Простите, госпожа, — побледнел парень, сообразив, что для госпожи его предыдущие настройки слишком прохладны.

Мокрая с головы до ног Кэйт, обхватив себя руками, зябко поежилась, открыла было рот, чтобы высказать все, что она о нем думает, но столкнувшись с совершенно потерянным, полным вины и раскаяния взглядом, резко подобрела:

— Теплую настрой, несчастный… — почти простонала она, испытывая какую-то смесь желания расплакаться с досады, что сегодня от этого несносного раба одни неприятности, или же рассмеяться над этой нелепостью.

А рука, между прочим, по-прежнему ныла. И вот спрашивается, кого она наказала, себя или его?

Кэйт окинула взглядом спину отвернувшегося к крану парня, и отвела взгляд. К его шраму на бедре, вполне могут прибавиться еще несколько и на спине, если не поторопиться смазать чудесным маслом, только вот немного пройдет эта ноющая боль, и она сама ему намажет, потому что Шайн просто не извернется так, не дотянется, а отпускать его в гарем в таком виде — значит, расписаться в собственном непрофессионализме… Желательно, чтобы все-таки было поменьше свидетелей ее… позора от потери контроля при ""воспитательном моменте""…

Нет, ну куда это годится — расписать раба до крови…

А вот когда он, настроив, развернулся… Кэйт непроизвольно облизала губы, только сейчас сообразив, что не стоит упускать такой шанс.

Ведь все равно же она его будет продавать, так почему бы не попробовать?

— Я могу выйти, госпожа? — сглотнул раб, чувствуя своей надранной задницей, что этот странный взгляд госпожи, скользящий по его телу, сулит еще какие-то сюрпризы.