Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Иначе выебу так, как тебе и не снилось, понял?

— Да…

— Скажи так, чтобы я проникся твоим пониманием!

— Да, Верхний, — сквозь зубы процедил Айк.

— А теперь пошли под душ…

* * *Тихими шушарками парни просочились на свои места, в ноги Кэйтайрионы. Шайн озабоченно посмотрел на Айка, убедился, что если его еще раз и поимели, то только в голову, а оно парню не помешает.

Кэйт грустила… Вечеринка уже не радовала, хотя вот-вот должен был выступить Эйнри и спеть пару своих песен.

Муж положил подбородок ей на колени и озабоченно заглянул в глаза. Волнуется. Переживает.

Еще с утра сердце бы защемило от счастья, а сейчас… Кэйтайриона меланхолично погладила Эйна по слегка влажным после душа волосам. Интересно, косу он не заплел специально, или просто чтобы не возиться и скорее вернуться в зал?

Айкейнури косу не заплетает, чтобы госпожа могла перебирать его волосы в любой момент, когда захочет. По крайней мере он так ей ответил сегодня. Айк… Еще сегодня он был такой… А теперь сидит каменным изваянием у ее ног, молчит и смотрит в одну точку где-то на противоположной стене.

А у Эйна такой виноватый взгляд, как будто это он сегодня весь день сначала злобно приставал, затем спровоцировал драку и изнасиловал ни в чем неповинного парня так, чтобы соперник под ним стонал от боли.

Зная характер мужа и его достаточно высокий порог терпимости, думать, насколько ему должно было быть больно, чтобы он позволил себе застонать при женщинах… Просто не хотелось, потому что тогда накатывала злость на Айка. Но почему-то злиться на этого раба, провинившегося так, что любая другая госпожа просто завезла бы его в бордель на обратном пути, Кэйтайриона не желала. Наоборот, непонятно почему, ее очень беспокоило его душевное состояние.

Кэйт бросила грустный взгляд на неподвижного Айкейнури и снова погладила мужа по распущенным волосам, пропустив прядки между пальцев. Эйн неслышно вздохнул, и лишь по легкому движению плеч было понятно, что он среагировал на скупую ласку. А вот дотронуться до второго, чтобы хоть как-то дать понять свое отношение к произошедшему инциденту, не поднималась рука. Девушка так и не могла для себя решить — выпороть его хочется или пожалеть…

Айрин тоже переживала за брата.

И ей ничто не мешало злиться на Айкейнури, так что она отрывалась по полной, придумывая кучу ""лестных"" эпитетов для любимчика Кэйт. Пока не обратила внимание на источник ее ""положительных"" эмоций, сидевший застывшей ледяной статуей и полностью игнорируемый своей госпожой. Брат уже оклемался давно, и теперь именно его соперник вызывает жалость, как это ни странно."

"— Не обманывайте себя, Эйну хуже сейчас, чем этому наглому выскочке, — прошептал Дэйниш, как всегда, удивительно точно угадавший ее мысли.