Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Шайн был более лоялен, но тоже предпочитал держать Рэйя подальше от девушки всеми доступными ему способами. Это состояние холодной войны, Гейна, призванного следить за порядком на мужской половине дома, немного напрягало, но на открытый конфликт парни не шли, поэтому и он пока не вмешивался.

А мальчишки меж тем осуществляли свой красивый ритуал — то опуская руки с дрожащими язычками колеблющегося от воздушных потоков пламени почти к полу, то кружились на месте, то, меняясь местами, выписывая какой-то сложный геометрический узор, то возносили руки к небу, то есть к потолку, но неважно… В том, насколько все это проделывалось синхронно под соответствующую медленную и возвышенную музыку, было что-то такое неземное, словно они и в самом деле исполняли культ в древнем храме.

Но вот уже настала кульминационная сцена, после того, как они все упали на колени, склонив головы к самому полу, вытянув руки вперед с зажатыми в ладонях чашами с мерцающими в них искорками пламени, и замерли в ожидании, приняла ли их обожаемая госпожа, которой они воздавали хвалу? Оценила ли? Будет ли благосклонна к их стараниям?

Насколько Гейниляш помнил, сейчас, когда угаснет в тишине последний аккорд мелодии, должен зажечься свет.

Поэтому парень поспешил ретироваться с глаз долой, чтобы кто-нибудь не обратил на него внимания. Показываться перед госпожой и ее гостями в таком виде, когда на лице невозможно изобразить полнейшее благодушие вместо еле сдерживаемой гримасы боли — нет, это уж слишком. Свою слабость нельзя показывать никому, и уж тем более омрачать праздничное настроение его обожаемой Старшей госпожи.

Как он был благодарен ей за утреннюю ""терапию"" не передать словами. Наверное, если бы ускользающее сознание не цеплялось за пережитые наедине с Кэйтайрионой мгновения, он бы позорно провалил зачет на состоятельность с Эйлиориной, а так… Вроде даже оказался на высоте. Только, кто бы знал, как не хотелось попадать в ""любимчики"" старшей Маргойлин, до дрожи в коленях и зубовного скрежета.

""Матерь Сущего, яви свою милость, пусть госпожа Эйлиорина забудет о моем существовании…"""

"Гейну удался бы его маневр, если бы не вездесущие мальки.

Шайн еще утром, как только ""счастливый избранник"" с траурным лицом прошествовал в сторону покоев матери Кэйт, поручил малькам сразу же сообщить ему, когда старший гарема вернется обратно, подозревая, что парню придется несладко. Это Айк мог не знать, как любит играть Эйлиорина, а уж он-то отлично помнил, словно все было только вчера.