Айвири. Выбор хранительницы

Именно таким будет наш мир, если мы не найдем портал и не закроем его. Весьма показательная картинка.

Вот только мне участвовать в поисках портала не позволяли.

- Мы не можем рисковать тобой, Айвири. Ты слишком ценна для нашего мира, - говорил антур. - Сама подумай, зачем тебе выходить за завесу? Ведь портала ты не слышишь. Так для чего этот неоправданный риск? Вспомни, как тогда влиял на тебя демон. А там, за завесой, это воздействие будет гораздо больше. Сама понимаешь, что я не могу этого допустить.

И возразить мне ему было нечем.

Вот и сейчас, явившись для очередной подпитки завесы, единственное, что я могла сделать, так это ждать.

И вместе со мной вся связка.

Остальные девочки уже не раз и не два выходили за завесу. И это не всегда заканчивалось хорошо.

Ветра потеряла одного из своих около недели назад.

Я была тут тогда и видела, как они возвращались. На подругу было страшно смотреть, почерневшая от горя и боли, бледная, с безумным взглядом. Она то плакала, то смеялась, пока нам ни удалось напоить её настойкой и вырубить на целые сутки.

Столько дней прошло, а Ветра, наша весёлая, решительная Ветра, всё никак не могла прийти в себя.

Она больше не плакала. Просто замкнулась в себе, вздрагивая от каждого шороха и до крови кусая губы. Лишь вчера она начала хоть как-то реагировать на нас, даже улыбнулась на какую-то глупую шутку Уинни.

Мне даже было страшно представить, что бы я чувствовала, если бы у меня отняли одного из моих подопечных. Пусть у нас была не такая тесная связь, как у остальных. Ведь завеса делает намного ближе, но я их чувствовала. Шесть крепких нитей тянулись от сердца, не давая мне впасть в уныние.

Эти два месяца я тоже не сидела сложа руки и старалась сделать хоть что -то.

Помогала в больницах, делала настойки и много тренировалась в использовании силы стихий. И постепенно мне удалось хорошо продвинуться. До идеала было далеко, но, если очень постараться, я могла вызвать настоящий огненный вихрь, потратив на него совсем немного сил и времени.

Одни дни сменялись другими. Близился праздник Великой Ночи. Я не могла о нём забыть, как ни старалась. Ведь именно в эти дни обещал приехать комендант Табацки вместе со своей семьёй.

Итана я видела мало.

Мы здоровались при встрече и прощались при расставании. Он отвечал на мои вопросы, я на его, которых было гораздо меньше. Я не могла отделаться от мысли, что мужчина избегает меня специально. Но спрашивать об этом не стала. Мы оба делали вид, что всё нормально, и так даже лучше.

С Блейном всё было сложнее. Играть в равнодушие он не собирался и при встрече не преминул говорить мне что-нибудь едкое и провокационное. Но я старалась не обращать на него внимание, особенно после того, что мне рассказала Туниса.