Академия Блонвур

На протяжении разговора он тихонько пояснял что-то Шелде на неизвестном Мильте языке. Очевидно на шелсуинском.

— Но я совсем непохожа на Шелду, — возразила Мильта. — А главное, рыжие волосы, мне кажется, просто невозможно спутать с чёрными.

— Тут ты, пожалуй, права – рыжий цвет всегда бросается в глаза, особенно в Шелсу, где он в диковинку. Ладно, будь что будет, — заключил Ситал. — Всего не предусмотришь. Тем более, нежданного появления в порту соплеменников, да ещё и тоже с человечкой.

— Будем надеяться, что отец не готов слишком тратиться на попытки вернуть меня, — сказала Шелда, положив ладонь на руку орка.

Мильте слова девушки перевёл Тронк. Оказывается, её орки тоже знали язык Шелсу. Что, в общем-то, и не удивительно, учитывая, сколько раз их отряд нанимался на выполнение различных заданий в этой стране.

— Ты говорила, что являешься его любимицей, — напомнил невесте Ситал.

— Да. Но в последнее время он очень изменился. Я просто не узнавала его! Не находила в нём прежней теплоты. И ещё он несколько раз называл моего жениха по имени. А однажды мне и вовсе показалось... показалось, что он смотрит на меня.

— Понимаю... — отозвался поражённый орк. — Чего ж тут не понять, — он вмиг стал мрачнее грозовой тучи. — Вот уж не думал, что на такое способны шелсуинцы – с их-то системой запретов.

Ворк, Тронк и Мильта переглянулись.

— Вы думаете? — произнёс Ворк.

— По крайней мере, это кажется вполне вероятным, — ответил ему Тронк.

— Только какой смысл желать женщину, находясь вдали от неё?

— Люди вообще склонны желать несбыточное, — заметил Тронк. — И если Шелда вызвала желание в хозяине – наверное, неудивительно, что оное отразилось в глазах куклы.

"— Возможно. Но так же я не исключаю и другого варианта – что у отца Шелды просто с чего-то поехала крыша.

— Но почему тогда его желание ограничилось взглядом? Почему он не предпринял попытки получить желаемое?

— Ну, может, крыша у него съехала ещё не до конца, — усмехнулся Ворк.

— Или потому что реализация желания через куклу действительно не имела никакого смысла, — сказала Мильта.

— На самом деле, мы не знаем, передаётся ли хозяину то, что испытывает кукла, — стоял на своём Ворк. — Быть может, смысл всё же имелся.

— Ну да, физических страданий куклы хозяин, значит, не ощущает, а удовольствие ему вдруг передастся?! — возразил Тронк.

— Нет, такое, пожалуй, вряд ли возможно.

— Друзья мои, а вы всё это, собственно, о чём? — поинтересовался Ситал, не понимая абсолютно ничего из их разговора.

Блонвурцы принялись рассказывать им с Шелдой о заговоре, зомбировании, марионетках и вообще обо всём, что творилось в стенах их учебного заведения.

Проснувшись, Мильта ощутила, что чувствует себя просто ужасно.