Академия чаросвет. Отражение

Но запах булок и чеснока насквозь пропитал деревянные стены дома. Вкусно пахнет — Мэди проголодалась с дорогм и, не удержавшись, отведала тетушкиной стряпни.

— Мэдерли, ты дома, здесь ты в безопасности, — продолжил он.

Рут посмотрела на него обеспокоенно и даже потянула руку, как будто пытаясь коснуться лба. Первый досадливо отмахнулся.

— Не надо прятаться, Мэди, — сказал он. — Я не злюсь на тебя.

Она не хотела делиться силами, переметнулась к своему чару. Пришлось надавить.

Но зачем ей нож?

Первый незаметно потянулся рукой за спину и аккуратно вытащил кинжал из-за пояса.

Мельком глянул на сиплого. Если сделать все быстро, то когда Шрам вернется, все будет кончено. Разговоры о королеве ночи не утихают, а только крепнут. Сумеречное сопротивление все охотней идет за Шрамом. Часть их сил уже выдвинулась к дому Альваро, хотя он, Первый, не отдавал приказа. Пора напомнить, кто тут главный.

— Мэдерли, — произнес он, вложив в голос побольше строгости. — Ты забыла, кто на самом деле твоя семья? Ты провинилась, но мы готовы тебя простить. Ты одна из нас.

Поднявшись, он шагнул к вешалке, тень под которой показалась особенно густой, ткнул наугад кинжалом, пропоров куцее пальтишко.

Рут взвизгнула, отпрянув к стене, зажала руками рот, и Первый, сообразив, метнулся к тетке и приставил кинжал к ее шее. Мэди всегда была жалостливой, а тетку полюбила как родную. Не диво — та ее растила как свою.

— Мэ-э-э-ди, — протянул Первый, прижавшись к стене и загородившись теткой как щитом. — Покажись. Давай сядем и спокойно поговорим."

"Хватит с него разговоров. Пусть только снимет чары. Он прирежет и тетку, и Мэди, а потом пырнет сиплого и вложит нож ему в руку.

Скажет — подсыл от Красных Псов. Некоторые за щедрую монету готовы родную мать удавить, не то что царицу ночи.

— Ну же, Мэдерли, — произнес Первый, вжав лезвие сильнее — только чтобы пустить кровь. — Ты всегда была послушной девочкой.

Пока не встретила чара. Точно как ее мать.

— Ты хочешь меня убить? — спросил он и усмехнулся. — За что? За то, что я спас тебя? За то, что дал тебе кров? За то, что заботился о тебе как о родной дочери?

Когда-то он жалел, что дочь Элии не от него. Те времена давно прошли. Все сложилось так, как надо.

Он знал о ковре оракулов, об узоре, в котором можно найти судьбу каждого. Нить его жизни станет главным узором.

— Ты не сможешь этого сделать, Мэдерли, — сказал Первый.

А вот он способен на все. Даже перекроить целый мир.

Тетка шумно дышала, ее пушистые волосы лезли в нос. Сиплый дернулся было к ним, но понятливо опустил тощий зад на скамью, стоило выставить в его сторону нож. Первый поводил острием, точно пытаясь подцепить тень. Если б кто заглянул в оконце, то решил бы, что он сошел с ума.