Академия чаросвет. Отражение

— Дадим бой! — с энтузиазмом подхватил Ларг, но Ронда закатила глаза и придержала его за плечо.

— Мы не знаем, сколько их, — напомнила она. — А при первой стычке мы потеряли Крона, еще двоих наших ранили.

Я лишь надеялась, что с Фалько и Элмой все хорошо. Без рыжего друга на душе кошки скребли.

— А если это Алеф? — спросила я. — Он говорил, что догонит.

— В любом случае, нам придется сражаться, — сказал Монтега. — Не с теми, кто позади, так с теми, на кого рычит пес.

Веник и правда оскалил зубы, медленно повернулся. Я тоже чуяла тварей ночи. Они прятались за развалинами строений, скрывались в оврагах, ждали…

— Твари не станут нападать, — ответила я. — Им… интересно.

— Хорошо, когда рядом королева ночи, — хмыкнул Монтега. — Что дальше, Мэди? Что твоя темная кровь? Молчит?

— Отстань от нее, — одернул его Бастиан. — Давай лучше прикинем. Флюгер горит, и за нами придут. Если устроиться не в доме, а вон в той стороне, на холме, будут просматриваться все подступы.

Они принялись обсуждать возможность засады, а я попятилась и отошла на пару шагов."

"Бастиан пытался найти дорогу чаросветом. Но у седьмого дома были и чары тьмы.

Звезды затянуло облаками, ночь стала густой и почти осязаемой. Я вполне освоилась в темноте, а она привыкла ко мне. Признает ли ночь свою королеву?

Я иду домой. Откройте мне двери.

Тень выплеснулась и поползла во все стороны, расплываясь кляксой. Никто ничего не заметил: парни все препирались, Ронда не отставала, Ларг смотрел на нее влюбленно. Только Веник опустил морду, понюхал тень, а потом посмотрел на меня.

Где мой дом? Куда ведет моя судьба?

Тень растекалась все дальше, делилась на реки, потом — ручейки. Свет не может показать дорогу туда, где царит тьма. Пусть она сама найдет путь.

Веник жалобно заскулил и прижался к ноге Бастиана, а я прикрыла глаза, чувствуя, как ручейки моей тени собираются в полноводную реку, которая подхватила меня и понесла вперед, словно легкую лодочку. Я знала, где дом, и летела туда, как птица в гнездо.

Бастиан поймал меня за руку. Сглотнув, я открыла глаза и посмотрела на него. Оказалось, я успела отойти довольно далеко и от друзей, и от старой таверны со сверкающим петушком на гребне остроконечной крыши.

Наваждение прошло, но незримая нить, что протянулась в глубину ночи, ощущалась крепкой как струна.

— Я покажу дорогу, — сказала я.

Однако сперва мы решили устроить привал. Ронда достала бутерброды и воду, Ларг все кружил возле нее точно шмель над цветком. Монтега молчал и поглядывал на меня, как будто вновь что-то задумал.

— Надо бы нам разделиться, — сказал он, и я замерла с краюхой у рта.

— Если струсил и хочешь назад — так и скажи, — промычала Ронда с набитым ртом. — А то все юлишь, как хорек.